Эдя Голгофер встречает Чугунноголового Тюкальщика.из серий "Частный детектив Эдя Голгофер" и "Чугунноголовый Тюкальщик"Некоторые люди живут долго и бестрепетно, будто нежась в сиестной полудрёме опосля изысканнейшего и сытнейшего чревонасыщения нежнейшими деликатесами, другие же имеют преудивительнейшее свойство натуры, словно магнитом металлическую стружку, притягивать к своей наэлектризованной негативом персоне всевозможные нервотрёпные ситуации, несущие на своих невидимых крыльях различные досадные злосчастности. И не сказать, чтоб всему виной какая-то шибко уж "активная жизненная позиция" лавинообразно повлёкшая за собой самонапрашивающиеся последствия, скорее уж, просто у некоторых вот такая вот неказистая планида. Кому-то по жизни Фортуна отвешивает благосклонные улыбочки, изогнутые приторной слащавостью, а кому-то делает пальцами "козу" и корчит устрашающие воинственно-хулиганские гримасы. Что уж поделать. Фортуна дама капризная. Поди ей, злючке, угоди. Эдя Голгофер не был любимым пасынком Фортуны, он был из таких устоявшихся невезунчиков на кого избалованная чертовка-привереда постоянно неодобрительно пялится с хмурой моськой и по-скупердяйски раз за разом обделяет удачей. Если бы он был, так называемым, "сильным человеком", неукоснительно щепетильным в морально-нравственных вопросах и с несгибаемо твёрдым внутренним костяком, то регулярно случающиеся каскады мелких недоразумений и крупных злоключений его бы давным-давно уже погребли бы под собой и сломали; сломали бы также непринуждённо, как сильные, загрубелые, колбасообразные персты тренированного атлета с легкостью расщепляют хрупкую малютку-зубочистку. Хрясь и всё! Но он был чертовски слаб духом и гибок подвижным в хребте станом, посему, извиваясь ужом, только лишь гнулся, как стойкий ивовый прутик, но никогда фатально не ломался, проявляя в путешествии по жизни чудеса приспособленчества и фокусническо-иллюзионистической изворотливости. Так, так-то-с. Когда зловредненькая жизнь-злодейка прижимает и придавливает, с целью хорошенько намять бока и начистить беззащитно топорщащиеся ушные раковины, то гуттаперчевая совестюшка изрядно вспомогает сдюжить и не обломиться, ощерившись щепами безнадёги. Однако, спору нет, "изгибаться" порой тоже не очень-то и приятно-с. Это неудобно и больно. Состояние душевного скрючивания, весь этот знобливый стресс, сжимающий, скомкивающий всё внутри, - это не то, от чего можно получить хоть какое-то удовольствие не будучи мазохистом по натуре. Во всяком случае, возлегая на крыше номинально "заброшенного" несколько лет назад шарикоподшипникового завода, незадачливый Голгофер, успел себя преизрядно покостерить и пропесочить за то, что в очередной раз крепенько вляпался в лихую переделку, сразу же не почуяв подвоха и не отказавшись наотрез от сомнительной чести стать разменной пешкой в чужой большой игре. Чем больше подробностей Эдя узнавал об этом грязном и скользком дельце, тем отчётливей и доходчивей понимал, что эта работа ему не по зубам. Вот же ж дёрнул его чёрт в это безобразие ввязаться! Впрочем, отказаться от дела было нельзя. Как говорится, "долг платежом красен". Работа частного детектива, в силу профессиональной специфики, часто сопряжена с плотным общением с работниками всевозможных правоохранительных органов. "Хорошие связи" в силовых структурах весьма способствуют более плодотворному ведению дел. Естественно, сотрудничество происходит не на односторонней основе, а по принципу "баш на баш". То есть, "свои люди" в погонах помогали Голгоферу, чем могли, причём, "за бесплатно", но, при случае, просили и у него о бескорыстных "маленьких одолжениях", так сказать, "по дружбе", когда по каким-то причинам не могли сами "официально" что-либо этакое провернуть. В общем, со стороны Эди было бы верхом бестактности и недальновидности отказывать своим благодетелям в ответных "маленьких просьбах". Этим нельзя было неглижировать, ведь частная практика от неразумной несговорчивости могла бы сильнёхонько пострадать. Это было бы невежливо и глупо с его стороны. Вот он никогда и не отказывал. Даже коли эти "маленькие просьбы" на поверку оборачивались "крупными неприятностями" и приходилось солидно попотеть решая поставленную задачу. В данный момент было воскресенье 16 сентября, а два дня тому назад, в пятницу, его деловой партнёр "эфэсбэшник" Никита Седых обратился к нему с предложением от которого нельзя было отказаться. "Законник" настойчиво попросил проследить за группой подозрительных сектантов из новоявленной "Церкви Усекновения Всей Тварной Скверны", которые недавно окопались на территории года два назад обанкротившегося завода и развели там непонятную бурную деятельность. Даже всемогущий ФСБ не имея на то веских оснований не всегда может вторгаться в частную жизнь граждан, имеющих право на свободу вероисповедания, если они не совершают ничегошеньки противозаконного, но у до шиша осведомлённых "особистов" были основания подозревать сектантов как раз-таки в том, что те готовят какую-то большую пакость мирным, ничего не подозревающим, российским обывателям, поэтому было бы неплохо упредить готовящуюся акцию и нивелировать её ещё до начала, коли таковая действительно намечается. А чтобы выяснить всё в этом вопросе наверняка, собственно, и нужно было установить слежку. Законными методами получить разрешение на слежение за неблагонадёжными подозреваемыми "эфэсбэшникам" с кондачка не удалось, ибо существовал недостаток уличающих доказательств, посему им и потребовалась помощь человека со стороны, помощь не столь разборчивого в средствах детектива. Несмотря на устоявшийся в миру миф о почти что сверхчеловеческой сущности "железных" спецслужбистов, вовсе не холодная голова и не горячее сердце толкнуло бдительного Никиту Седых на столь рьяное вынюхивание возможной угрозы. Просто-напросто ничто человеческое ему было не чуждо и он горел желанием выслужиться, поскорей повыситься в должности, что сулило славу и материальные блага иного уровня, нежели были у него в загашнике сейчас. Разумеется, что дождаться чаемого повышения по служебной лестнице гораздо проще не занимаясь рутинными делами, а триумфально раскрыв какое-нибудь дельце попричудливее и "порезонанснее". Внутреннее чутьё настойчиво подсказывало прозорливому "эфэсбэшнику", что непонятное копошение сектантов на заброшенном шарикоподшипниковом заводе дело именно такого рода и при удачном стечении обстоятельств оно может запросто вывести его экстерном "в люди". Надо заметить, чутьё его действительно не подвело, под заводским сводом творилась ещё та чертовщина. Если бы люди только знали, что у них под самым боком происходит, то, несомненно, ужаснулись бы. И было с чего... Но обо всём по порядку. Получив задание от своего "делового партнёра", Голгофер решил разработать план действий похитрей, он давно уже подметил и уразумел тот немаловажный нюанс, что если "то за то хватишься, то за то" без всякой чётко продуманной заранее системы, то в итоге остаёшься с носом. Правильно говорят, "двух зайцев гонять - ни одного не поймать". Исходя из этого и нужен был толковый план. Спервоначалу, он подумывал было выбрать самый простой способ: вознамерившись "втереться в доверие" к сектантам, проявив свои незаурядные театральные способности и прикинувшись за своего в доску парня. Одначе, изучив чуток повъедливей доступные материалы, Эдя скумекал, что подобное проникновение в сектантское логовище "под прикрытием" малореально, паче того, сей маскарад может запросто аукнуться для него пренеприятнейшими последствиями. Ведь всевластный глава "Церкви Усекновения Всей Тварной Скверны", некто Серж Абдуллажанович Песец, бывший уважаемый священник РПЦЗ, был со скандалом лишен духовного сана Архиерейским Собором с уничижающей формулировкой "за мужеложство" и абы кого сей просветлённый любитель "гомосятинки" к себе в товарищи не брал, а брал же в "братство" он только "проверенных парней", соответствующей ориентации себе под стать. Проще говоря, все сектанты были закоренелыми гомосексуалами. Естественно, что гетеросексуальному и богобоязненному Голгоферу проходить подобную "проверку", втираться в доверие через прямую кишку, мало улыбалось. Посему, он решил пойти другим путём. Выбрав, быть может, менее быстрый, но более безопасный вариант достижения цели. То бишь, стратегически подкованный Эдя, решил остановить выбор тактики на банальном "наружном наблюдении". Чего-чего, а уж на этом аспекте он собаку съел и по праву считал себя асом в высокостильном искусстве подглядывания. Только законченные глупцы, не видящие дальше кончика собственного носа, ошибочно считают, что следить проще простого, знающие же толк в слежении люди прекрасно понимают, что следить и оставаться при этом незамеченным - это занятие не для средних умов. Проведя рекогносцировку местности, многосведущий и многоумеющий Голгофер, решил, что крыша шарикоподшипникового завода может стать идеальным местом для последующих тактических манёвров. Взобравшись на оную и тщательно осмотревшись, он возликовал, без обиняков отвесив себе с добрую дюжину самых беззастенчивых самохвальств, ибо лучшего местечка для слежения подобрать было сложно. Особо его порадовал застеклённый участок крыши, благодаря которому хорошо просматривались, а главное - хорошо прослушивались, покои главаря сектантов. Дело обещало выдаться лёгким, как необременительная и приятная пешая прогулка по "оздоровительному маршруту" на курорте в Гаграх. Но "человек предполагает, а Бог располагает". То, что ему удалось сразу же подслушать, ввергло частного детектива в состояние грогги от той ошеломляющей правды, что приподняла над ним свой покров развенчанной тайны. Флегматиком Эдя никогда не был и поэтому, елозя пузом по жесткой поверхности крыши, он довольно-таки живо переваривал вознёсшееся сниже откровение. Дело было вот в чём. Как известно даже убеждённым школьным "троечникам", жизнь на нашей чудо-планете появилась именно тогда, когда в атмосфере образовался озоновый слой, коий абсорбирует большую часть губительной для всего живого солнечной УФрадиации. То бишь, служит своего рода естественным фильтром, надёжно препятствующим проникновению в нижние слои атмосферы жесткого космического излучения, словом, этакой ловушкой для космической радиации. Учёные считают, что если бы не поглощающая всяческую бяку озоносфера, то возникновение на Земле белковых форм жизни было б невозможно априори. Между тем, сей защитный слой озона удивительно тонок и хрупок. Если бы этот газ можно было сосредоточить у поверхности Земли, то он образовал бы крохотную плёнку всего лишь 2-4 миллиметра толщиной, притом, стоит учитывать, что озон располагается над планетой неравномерно: минимум в районе экватора, максимум у полюсов. Ясен-красен знание о такой "худосочности" доспехов не может не волновать осведомлённых об этом людей. Однако и эта хлипкая на первый взгляд плёнка более-менее надёжно защищает нас с вами, почти что полностью поглощая опасные ультрафиолетовые лучи. Но исполнять свои функции должным образом озон может только при соблюдении целокупности. А угроза нарушения его целостности действительно реально существует, яркое тому свидетельство феномен, так называемых, "озоновых дыр". Слава Богу, что люди разобрались в том, что одной из главных причин разрушения озоносферы являются "фреоны" - хлорсодержащие соединения, входящие в состав различных аэрозолей и хладореагентов в холодильном оборудовании. В 1987 году в Канаде был подписан знаменитый "Монреальский протокол по веществам, разрушающим озоновый слой". Формулировка, конечно, несколько корявая, но таково официальное название протокола. Так или иначе, озаботившись сохранением озонового слоя, люди приняли вполне адекватные меры, дабы сначала обуздать проблему и затем снять её с повестки дня навсегда. В таком случае, казалось бы, чего же волноваться, если "всё под контролем", да? Ан нет, к глубочайшему прискорбию, отнюдь не все люди руководствуются в своих поступках сугубо лишь повелениями доброй воли, есть и такие психопатические человечки-деструктивисты, которых хлебом не корми, только дай бы чего-нибудь разрушить. Даже глуповатый психопат, влекомый своим патологическим состоянием, может навести приличного шороху, выбежав, к примеру, во двор с ножом типа "секира", или же взобравшись на крышу дома с хорошо пристрелянной снайперской винтовкой. А уж психи из тех, что поумней, те опасны вдвойне, ибо ихние проявляющиеся дисгармоническим складом личности акцентуации могут стать воистину чем-то сродни "оружия массового поражения". Как, собственно, в этом случае и произошло, когда члены тоталитарной секты, подпав под дурное влияние вожака-психопата-гомосексуалиста, прозвавшего себя Верховный Гробовщик (такой мрачный сан, будучи завзятым книгочеем, Серж Абдуллажанович Песец себе придумал под впечатлением от жутко нравящегося ему рассказа Александра Сергеевича Пушкина "Гробовщик"), не больше не меньше, а вознамерились уничтожить святую святых, кокнуть озоновый слой Земли и, соответственно, вместе с ним уничтожить всё "тварное". Ибо, как уже было отмечено, без озоновой защитной плёнки всему живому придёт незамедлительный кирдык. Точнее, чисто теоретически, кое-какая жизнь может сохраниться лишь в глубинах вод, глубже 10 метров, и в тех глубинных слоях почвы, куда почти не проникает солнечная радиация. Но для нас эти исключения мало утешительны, ведь люди так устроены, что под водой и под землёй жить не могут. Внимательно подслушивающий Голгофер, пораженный до глубины души человеконенавистническим планом распоясавшихся сектантов-гомосексуалистов, не мог понять, как такое вопиющее варварство вообще могло породиться у людей относящихся к виду "человек разумный". Подлые и коварные недочеловеки, прослышав о том неоспоримом факте, что даже один аэрозольный баллончик с "фреоном" может нанести озоновому слою непоправимый урон, решили соорудить нечто вроде супер-баллончика, наполненного под завязку ещё более разрушительным, нежели обычный, "фреоном 2222". Разумеется, что перед злоумышленниками встала проблема, как бы получше замаскировать исполинский "аэрозольный баллончик", несущий смерть всему живому на матушке-Земле, чтобы он своей величественной статью не мозолил бы глаза посторонних зевак, но, проявив недюжинную находчивость и изобретательность, сектанты возвели сию дьявольскую конструкцию прямо внутри огромной трубы шарикоподшипникового завода, так что со стороны её заметить было просто-таки невозможно. Разве что с высоты птичьего полёта. Но птицы летающие над логовищем сумасбродов были не настолько разумны, чтобы всполошиться по сему поводу и забить тревогу. Жадно впитав в себя данную информацию, Эдя оказался в двояком положении, не зная бежать ли сразу к знакомому "эфэсбэшнику" с тревожными новостями или же стоит ещё немножечко повынюхивать, постаравшись выведать точную дату грядущего злодеяния. Покуда он мялся "гармошкой" в нерешительности, уподобившись пресловутому Буриданову ослу (не в том смысле, коий вкладывал в этот философский парадокс Жан Буридан, а в том, что позже был пошловато утрирован другими писателями и, прежде всего, стал широко известен благодаря Лейбницу), сектанты внизу пришли в некоторое движение, чем невольно перефокусировали на себя пристальное внимание детектива. С томным вздохом отложив книгу Мориса Дрюона "Сильные мира сего" в сторону, Серж Абдуллажанович Песец, привёл себя из лежачего в сидячее положение, нарушив царившее дотоле молчание выспренной речью обращенной к Лёне Махначу и Фаруху Жадюкину, находящимся в одном помещении с ним по праву самых любимых "Помощников Верховного Гробовщика": - Вы, дорогие мои сподвижники, конечно же, знаете, как я отношусь к тому мерзопакостному отребью, что населяет нынче Землю. Подумалось тут, вот ещё что. Однозначными признаками деградации современного общества является сопоставление художественных документов двух эпох, к примеру, наглядное сравнение прошлой и нынешней литературы и кино. Согласитесь, что подавляющее большинство тех же старых фильмов кажется нам сейчас "наивными", "простодушными" и "пуританскими", особливо, в сравнении с нынешними жуткими поделками, где современные режиссёры-дегенераты не гнушаются ничем, не стесняя себя никакими моральными рамками, как будто бы соревнуясь между собой в "цинизме", всё ниспровергающей "раскованности" и нездоровой "изощренности". Ровно также дела обстоят и в литературе. Разница между пишущими героями минувших дней и современными писателями приблизительно такая же, как между "романтизмом" и "постмодернизмом". Раньше в книгах царила благопристойность, писатели знали, что такое терзания чистой души и что такое платоническая любовь, ныне же писателишки-дегенераты всё больше и больше погружаются в физиологию и прочую бытовую грязь. Недалёк тот ужасный день, когда на обложке нового бестселлера появится надпись "Говно" и никого это не покоробит, так как мораль упадёт настолько низко, что никто не посчитает подобное название чем-то постыдным и ненормальным. Дескать, "говно и говно, ну и что". Увы. Всё к тому идёт. Факт. А если можно заметить разницу и понять со всей определённостью, что раньше люди были "наивными", а сейчас стали "циничными", то от этого движения от "наивного" к "циничному" можно вывести некую тенденцию движения. А тенденция эта такова, что идёт планомерная "игра на понижение". И куда, спрашивается, сей путь может привести? Логично предположить, что есть предел всему и когда-нибудь наступит тот момент, когда упасть ещё ниже будет просто нельзя. В этот момент, в момент нахождения в самой нижней точке падения, на мой взгляд, человек окончательно и безвозвратно морально деградирует. Никакой морали в нём просто не останется совсем. Поэтому он не будет больше знать, что такое "хорошо" и что такое "плохо", уподобившись неразумному дикому животному, не ведающему, что творит. Так, сделав полный эволюционный круг, человек вернётся в своё первичное состояние. Превратившись в дикую тварь. В зверя. В животное. Называйте эту деградацию, как хотите, но суть от этого не изменится ни на йоту. Возражать напрямую своему главному и безоговорочному авторитету сектанты опасались, ибо доподлинно знали, как нетерпим даже к малейшему подобию критики их властный и самолюбивый предводитель, поэтому бородатый Махнач не то, чтобы осторожно возразил, а, скорее, попытался несколько смягчить и затупить риторические заострения говорливого вожака: - Вам, вестимо, видней, о, владыко, но может не всё так безнадёжно? С одной стороны, о тенденциях вы всё верно изрекли, спору нет, но быть может движение от "наивного" к "циничному", образно говоря, идёт не как по прямой лыжне, встал и поехал никуда не сворачивая, а как на качелях, туда-сюда, туда-сюда. К тому же, быть может, это только у нас в России такой раздрай и упадок нравов? Страна же Дураков. Всё у нас ни как у людей. Шиворот-навыворот и задом наперёд. Громко, презрительно фыркнув, словно горделивый и высокомерный виверровый кот-рыболов, "Верховный Гробовщик", не сбавляя обличительного запала, принялся менторски долдонить, перемежая речитатив буйной и выразительной жестикуляцией: - Вы меня иногда удивляете, уважаемый Леонид. Упадок везде и всюду. Моральная разруха носит тотальный характер. В Германии эпидемия детоубийства, в Америке всякие шизоиды-убийцы с завидной регулярностью расстреливают мирных граждан, а в Африке процветает каннибализм. Россия, если подумать, не такое уж и плохое местечко. Есть места и похуже. В конце концов, истинная "Церковь Усекновения Всей Тварной Скверны" возникла именно на этой благодатной почве. Но, в целом, сегодняшний мир удручает. Всё меньше в нём человеческого и всё больше животного. Теряя себя, люди, теряют и Бога. Всё дальше отдаляясь от Него и теряя все шансы на Спасение своей заблудшей души. Поэтому-то всё это зверьё и нужно поскорей уничтожить, покамест в людях осталась хоть какая-то крупица Господа. Конечно, в Рай попадут далеко не все, а только лишь немногие праведники, типа нас с вами, дорогие друзья, но это-то вполне и нормально. А грешники так и так должны париться в Аду. Типа, сказано же: "да воздастся каждому по заслугам его". Ну, вы и сами сей расклад прекрасно знаете. Чего я перед вами об азах буду распинаться. Чай уже наслышаны. Стремясь "подостудить" пыл разбушевавшегося вожака, Жадюкин, неуклюже вклинился с не вполне уместным анекдотишкой: - Кстати, один из братьев, давеча, рассказал смешной анекдот про Ад. Слушайте. Короче, попал грешный мужичонка после смерти в Ад. Ему объяснили, что-де каждую тысячу лет наказание меняется и ему предложили выбрать первое. Сначала ему показали камеру, где молодого мужчину секли плетьми. Новичку, ясен перец, это не понравилось. Потом его привели туда, где более старого грешника подвергали пытке огнём. Мужик, естественно, и на это не согласился. А вот в следующей камере его ждало нечто новенькое: потрясающая блондинка делала минет старику. Мужик сказал, что выбирает это. Чёрт улыбнулся, подошел к блондинке и сказал: "Идём, твои мучения окончены". Махнач, еле-еле справляясь с рвущимся наружу хохотом, хрюкая боровом, прыснул в кулачок, а вот сосредоточенного и сурового "Верховного Гробовщика" сей юмор не пронял. Строго сдвинув брови, Серж Песец, строго-настрого отсчитал юмориста: - По-твоему, это смешно? Ей-ей, Фарух, иногда я начинаю сомневаться, что ты спасёшься от гиены огненной вместе с нами. Больно уж юмор твой плосковат. Впрочем, сегодня мы сами сможем убедиться, кто спасётся, а кто нет. То бишь, сегодня великий день, друзья. Сегодня мы, наконец, сметём всю тварную скверну с лица Земли и предстанем пред Господом. Разве это не прекрасно? Но Махнача и Жадюкина, похоже, подобная "заманчивая" перспектива мало прельщала; Фарух выразил их общее мнение, сдавленным голосом пролепетав тысячу и одно вящее недоумение: - Как? Прям-таки и сегодня? Помилуйте, государь, к чему же такая спешка? Почему именно сегодня? Поугрюмевший, посерьёзневший Серж Песец, нетерпящим возражений тоном, отпостулировал свои неопровержимые доводы: - Дык, а чего откладывать-то? Чем больше мы будем тянуть резину, тем меньше теряющих человеческий облик людей Спасётся вместе с нами. Потом же, сегодня же 16 сентября. И весь честной мир празднует "Международный день охраны озонового слоя". Посему, было бы весьма стильно и интеллектуально тонко подгадать уничтожение озонового слоя под эту знаменательную дату... Если сказать, что Голгофер был ошеломлён подобным поворотом событий, - это ничего не сказать. Пёстрая мозаичная чересполосица фактов выстроилась в его распухшем мозгу в единую целостную картину и тогда-то он по-настоящему испугался. Эдя не мог поверить, что этот сюрпляс происходит именно с ними. Что он в его эпицентре. Но, например, англичанка Бриджит Дрисколл, ставшая в 1896 году жертвой первого в истории автомобильного наезда со смертельным исходом, тоже наверняка не могла и помыслить в самых дурных снах, что с ней может произойти нечто такое. Однако, это всё же произошло. Неудивительно, что Голгофер несколько подрастерялся. По первому размышлению, у него надумалось два варианта дальнейших действий. Первый - это стремглав нестись к "эфэсбэшнику" Никите Седых с горячим доносом, дабы он поскорей прищучил сектантов-гомосексуалистов, пока те не наделали бед. Второй - это напасть на сектантов самому и навалять им люлей. Первый способ был плох уже только тем, что Эдя мог и не успеть донести до "эфэсбэшников" эту важную информацию. А вот воспользоваться вторым вариантом было элементарно боязно, ибо Голгофер хотя и не был человеком с куриным сердцем, но и безрассудной храбростью он тоже никогда не страдал. Не надо было обладать каким-то особым даром предвидения и гениальными аналитическими способностями, чтобы понять ту простую вещь, что если он спустится в логовище сектантов, то они отмудохают его в два счёта, словно компания подвыпивших регбистов-переростков растерзывающих на задворках очкастого паренька из "шахматной" секции. Было ясно, как Божий день, что не умением, так числом, сектанты дезавуируют все его попытки им помешать. Посему, второй вариант, мягко говоря, тоже был не очень пригож. Неизвестно сколько бы ещё Эдя, теряя драгоценное время, раскидывался мыслями над тем, что ему делать дальше, если бы не услышал за спиной деликатное покашливание. Резво обернувшись, Голгофер на мгновение напряженно оцепенел, решив, что его подловили за подглядыванием зловещие сектанты, но затем расслабился и обмяк, узнав того, кто его потревожил. Сей некто был одет в узнаваемое супергеройское трико, патриотических расцветок российского триколора, и чугунную маску. Никаких сомнений быть не могло, это был тот самый "Чугунноголовый Тюкальщик" об удивительных подвигах которого бравурно трубили все городские газеты наперебой. По всей видимости, "Чугунноголовый Тюкальщик" был в курсе происходящего, по крайней мере, он взялся за дело без длинных предисловий: - Давай-ка, братец, улепётывай-ка отседова, да в темпе вальса. Сейчас здесь запахнет жареным. Посмотрим, что с супостатами крест животворящий сделает, - отчаянно смелый супергерой, браво хмыкнув, многозначительно постучал указательным пальцем по чугунной маске с нарисованным белым мелом "крестом". Эдя, довольный тем, что с него столь вовремя сняли бремя неподъёмной ответственности, что-либо переспрашивать и уточнять не пожелал. А просто молча встал, отряхнув руки, и пошёл с благоразумным намерением переждать намечающееся побоище где-нибудь на безопасном расстоянии. Но не успел он сделать и нескольких шажков, наслаждаясь обретённой безответственностью, как его вновь окликнул "Чугунноголовый Тюкальщик": - Эй, подожди-ка, мужик... "Мужик", пожалуй, было слишком комплиментарное обращение к Голгоферу в его теперешнем душевном состоянии, он, трусливо вжав голову в плечи, повернулся и, пряча взгляд где-то под своими ногами, оробело прохрипел: - Ч-чего? По-видимому, "Чугунноголовый Тюкальщик" был весьма наблюдательной персонажем, во всяком случае, он определённо понял, что порядочно струхнувший Эдя, вероятно, не прочь побыстрее слинять с заводской крыши, и поэтому великодушно не стал его особо задерживать: - Чего-чего... У вас шнурки развязались. Осторожней. Не споткнитесь. Чутко уловив то, что все его "карты" для смышлённого супергероя раскрыты, и густо покраснев, будто вареный рак, Голгофер, пружинисто присел и на скорую руку завязал двойным "бантиком" шнурки. Опосля чего, с преогромным облегчением, удалился восвояси, почти не дрожа в коленках. Волноваться действительно больше не было причин, ведь судьба Мира находилась теперича в надёжных руках. Эдя был много наслышан о подвигах "Чугунноголового Тюкальщика" и справедливо полагал, что у горе-сектантов нет не единого шанса. Навряд ли бы нашёлся такой безумец, кто бы поставил теперь на их победу хоть рубль кровных денег. И правильно. Карательный рейд выдался на диво стремительным и скоротечным. Когда "Чугунноголовый Тюкальщик", разбив стеклянную крышу могучей пятой, спрыгнул вниз, то один из приспешников Верховного Гробовщика аж самопроизвольно пукнул от испуга, коротко и звонко, будто чихнул, на что находчивый супергерой прореагировал со своеобразным, мрачноватым юморком, хриповато прорычав: - Мал клоп, да вонюч, - и принялся грозно надвигаться на обескураженных и деморализованных злодеев, для пущего эффекта низко и глухо порыкивая, словно большой и злой пёс почуявший в доме "чужого". Отойдя от столбняка и не став по-бараньему покорно дожидаться, когда же их обездвижат, напуганные вусмерть сектанты-гомосексуалисты с воем и ором зашухерились по помещениям шарикоподшипникового завода в тщетных попытках избежать справедливого удара возмездия. Но никто не ушёл не обиженным. "Чугунноголовый Тюкальщик" настиг и знатно обтюкал абсолютно всех сектантов. Поочерёдно. Опосля чего, наложив путы, сложил их штабелем вдоль одной из стен "актового зала". И не беда, что, на самом деле, супергерой ничегошеньки не знал о готовящемся уничтожении озонового слоя. Сектантов он перепутал с некими сатанистами производителями ядовитой "палёной водки", за которыми охотился всю эту неделю. Главное, что мир был спасён. Пускай и по ошибке. |