Потерянный том.Нас не догонишь? кое-что о жизни, смерти и абсурде Отговорила роща золотая Березовым веселым языком, И журавли, печально пролетая, Уж не жалеют больше ни о ком. Кого жалеть? Ведь каждый в мире странник - Пройдет, зайдет и вновь оставит дом. О всех ушедших грезит конопляник С широким месяцем над голубым прудом. Стою один среди равнины голой, А журавлей относит ветер в даль, Я полон дум о юности веселой, Но ничего в прошедшем мне не жаль. Не жаль мне лет, растраченных напрасно, Не жаль души сиреневую цветь. В саду горит костер рябины красной, Но никого не может он согреть. Гром и молния! Сызнова меня застигла врасплох очередная черная полоса и я пребываю в полной прострации от этого жесточайшего, чувстводробительного нокдауна, нанесенного мне злодейкой Судьбой, нокдауна, того и гляди, грозящего перерасти в фатальный нокаут, посему я и решил завести себе этот новый дневничок, отнюдь не корысти ради, а токма по велению своей страждущей и кровоточащей души ("так себе" душонки, конечно ж, изрядно поистрепавшейся, но ещё способной чувствовать боль), ибо мне не хотелось б лютовать, мизантропствовать прилюдно, корчась от болевого шока, лучше уж буду пережидать столь тяжёлые времена в этой тихой, укромной берложке, поотдаль от людных троп и бестактных взглядов случайных раззяв прохожих, дабы невзначай не впасть в неистовство и не поломать ненароком какого-нибудь дюже игривого ротозея, ободрав его своими вострыми, серпообразными коготками, словно рассерженно урчащий мишка молоденькую липку, ежели мне вдруг покажется, что этот кто-то не проявляет достаточного почтения к тому, что мне чертовски фиговенько, а ведь другие люди-то, в общем-то, ни в чем не виноваты, во всяком случае, я не склонен постоянно во всех своих бедах винить других, нет, я не такой, и было бы сущим свинством обижать их, вымещая на ни в чем неповинных людях всю свою бесновато клокочущую злобу-злобушку, накопившуюся внутри от обиды на несправедливость мироздания. Яростно топать ножками и сжимать кулачки до побеления ногтей, лучшего всего в одиночестве, иначе это уже некая неискренность, игра на публику. Но в том-то всё и дело, что это отнюдь не игра. Это жизнь. Тот, кто на полном серьёзе утверждает, дескать, "вся наша жизнь - игра", тому тотчас надо с короткого разбегу дать ногой по яйцам, пусть во всей полноте прочувствует, что жизнь - это не игра, игра - это "когда понарошку", а жизнь-то настоящая и реально получить по тестикулам - вещь малоприятная, доложу я вам, поверьте уж мне на слово, коли вы сами живете "понарошку". Эх, какая же, порой, всё-таки гнусная эта штука - жизнь! Подчас кажется, что в нашем Мире нет ни справедливости, ни доброты, ни сострадания, никаких светлых и возвышенных чувств, ни хрена нет, кроме - несправедливости, злобы, похоти, алчности, зависти, ненависти и прочего мерзопакостного зла! Зло вокруг нас. Оглянитесь. Загляните в себя. Оно повсюду! Кругом одно сплошное злобное зло, которое сочится буквально отовсюду: с хмурого неба, с лысых деревьев, из сырой земли, из угрюмых, насупившихся людишек, из жухлых осенних листьев, мрачных придорожных камней и грязных луж! Ёлы-палы, что-то я совсем разочаровался в осени, в последнее время, что ни сезон, так новые расстройства. Пожалуй, это пасмурное время года всё-таки самое мной нелюбимое, даже лютая зимушка-зима как-то приятнее (чего один светлый праздник "Новый Год" стоит!), а вот осень несет с собой лишь слякоть душевную и сводит мне мозг болевой судорогой, терзая и бередя мои метафизические раны. Осень, как вы знаете, пора увядания нашей тутошней природы, птички-невелички, шустро дрыгая крылышками, благоразумно летят на юг, далеко-далеко, в тёплые края, и порывистый ветер грубо обрывает хилые трупики сухих листьев с деревьев, своей могучей невидимой лапой, летняя жизнеутверждающая зелень стремительно исчезает, жухнет, умирает, уступая место грязи и хляби, а ведь человек-то тоже часть этой самой природы, маленький кусочек большой природной мозайки, и ничегошеньки удивительного в том, что частенько осенью люди пребывают в какой-то апатичности, а то и вовсе в чёрной меланхолии, нетути, ибо есть отчего взгрустнуть и поникнуть. Человек, зачастую не вполне осознанно, чувствует, что осенью кругом всё вянет, то бишь, умирает, и от этого опосредованного соприкосновения с Вечностью, он становится куда более заторможенным, чем в другие времена года, так как от Вечности исходит спокойствие, умиротворенность, в противовес суетности трепыханий жизни, Смерть - это бесконечная ровная линия. Видимо, погодные условия действительно играют в подобных минорных настроениях какую-то роль, быть может, даже определяющую, сами посудите, когда холодновато и зябко на улице, небушко недобро хмурится, а под ногами хлюпают грязные лужицы, такое непотребство не может добавить хорошего настроения, то ли дело, к примеру, тёплым летом, когда солнышко ярко-ярко улыбается, разбрасывая по округе весёлых "солнечных зайчиков" и сочная зелень тихонько, ласково шебуршит от лёгкого, приятно обдувающего лицо, ветерка, птички, потом же, проникновенно поют, ну и как тут не заулыбаешься? Хорошо ведь! Осенью же всё по-другому, всё не так и всё не то, вместо задорных птичьих трелей, слышится беспрестанное злое карканье зловещего воронья, льют дожди и потихоньку подбираются кусучие холода, в общем, вовсе не до смеха, по-моему. К тому же, побочным следствием климатических пертурбаций является то, что плохая погода загоняет людей в бетонные коробки домов, перманентно находясь в которых люди понемногу шизеют, чувствуя себя не очень-то уютно запертыми в четырех стенах, ну, и мечутся по комнатам абсолютно неприкаянными, словно звери в клетке. А ежели к сезонным особенностям природы прибавляются ещё и чисто жизненные проблемы, так называемая, "бытовуха", то эта своеобразная накладка, когда одно плохое накладывается на другое нехорошее, бывает так прижимает, что вся эта полновесная дурнота сильно пригибает к земле своей непомерной тяжестью и плющит, плющит, усиленно трамбует, пытаясь втоптать в сыру землюшку и чтобы удержаться в вертикальном положении, приходится прилагать неимоверные усилия. Вот, что-то подобное и происходит нынче в моей горемычной жизни. Жизнь - дерьмо (как мне кажется, этот короткий и смачный, глубоко философский, афоризм, один из самых правдивых и универсальных, сколько живу, множество раз в этом убеждаюсь, то есть, убеждаюсь в том, что "да, это верно, жизнь - дерьмо, именно так!"). Ещё один приятель умер... Макс М.[1] - был на два года младше меня и вот он ушел в мир иной, следом за двумя моими друзьями Сашкой В. и "Кацом" - с которыми я учился в одном классе, плюс, просто хороших знакомых умерло до фига и больше: "Контора", "Капля", "Дрон", Серёга Шахрай.., можно перечислять долго, а ведь все они примерно моего возраста, плюс-минус год-два, а мы же не старые ещё люди, дабы умирать, как мухи по осени, один за другим! Такое ощущение бывает накатывает, что именно наше поколение (наше поколение - это 76-80 годов рождения) отчего-то сильно прогневило Господа и теперича вымирает на корню. В чем мы виноваты? Что, только в том, что нам пришлось расти в эпоху перемен? Не знаю, не знаю. Думаю, что ни в чем мы не виноваты, просто так обстоятельства сложились. Хотя, может и виноваты в чем-то, не знаю правда в чем именно, но ведь ничего "просто так" не бывает, даже если кажется, что причин нетути, возможно, они просто невидны. Как бы то ни было, смириться со смертью друзей сложно, да что там, невозможно. Да, разумеется, смерть - это естественный финал жизни, люди рождаются, дабы умереть, но в том-то и дело, что не абы какая смерть естественна, "естественный финал жизни" - это смерть от старости, а значит, все мои друзья-приятели умерли неестественно, так как до старости им бы жить да жить, как и мне. Но их уже нет. А я ещё есть. Почему так? Почему они уже умерли, а я ещё нет? Ведь я же совершенно точно ничем не лучше их, просто, возможно, мне чуть-чуть больше повезло, нежели им - это с одной стороны. С другой же, с чего я взял, что мне повезло, а им не повезло? Ведь бывает такие ситуации, что "и живые позавидуют мертвым", или, к примеру, вот суждено мне сгореть в огне (ну там, завтра, через год или через семь лет, в общем, когда-нибудь), а это же жуткая смерть и кому тогда, спрашивается, больше повезло мне или им? Сложный вопрос. Впрочем, всё-таки я-то сейчас живой (надеюсь, когда вы читаете эти строки, так оно и есть), а это уже само по себе большущее везение, то есть, жизнь - это самое большое везение (счастье, добро, удача) в жизни. Я счастливчик. Я жив и это уже немало. А вот многих моих друзей уже нет на этом Свете и это в голове не укладывается... Абсурд какой-то! Хорошо помню, как мы в детстве бегали и играли вместе, здоровались, пожимая друг другу, смеялись, никто из нас абсолютно не думал о смерти, таким мыслям было просто-напросто неоткуда появиться, никто из "наших" не утонул и не погиб в автокатастрофе, смерть была далека от нас, казалось, что мы будем жить вечно и никогда не умрем, ан нет, вон оно как получается, люди всё-таки умирают и все мы не бессмертны. Все мы не бессмертны! О таких вещах, о смерти, как-то обычно не задумываешься до поры до времени, но когда вокруг тебя начинают умирать друзья, то тут уж поневоле возникают определенные размышления на эту тему, так как трудно не думать о том, что происходит рядом с тобой, в непосредственной близи, и ты хочешь - не хочешь сопричастен к этому... Скорее всего, у вас возник вопрос, почему же умерло столько моих товарищей, в чем причина столь ужасного мора? Что ещё за загадочная эпидемия? Дескать, вроде бы, возраст ещё не тот, дабы смерть не вызывала особенного недоумения. Так? А разгадка здесь одна - героин. Все перечисленные мной друзья умерли из-за него. При советской власти его не было совсем в нашей стране, но вот пришла "демократия" и принесла с собой этот дьявольский порошок, "успокоительное" для бедноты, делающее из людей травоядных растений. Только по официальным данным в России 2 миллиона героиновых наркоманов, то есть, по сути, 2 миллиона живых мертвецов, людей-зомби, думающих только о том, как бы добыть очередную дозу, лишь жалкие единицы смогут бросить эту отраву и вернутся к более-менее нормальной жизни, подавляющее же большинство, эдак 99,5%, всенепременно умрёт, ибо те, кто сидит на героиновой игле, зачастую даже одного года не выдерживают, смерть неизбежна, поверьте мне на слово, я слишком хорошо знаю о том, про что говорю. А потом ещё некоторые глупые политики с мозгами вомбата удивляются, что идет такой колоссальный спад рождаемости в нашей стране, а кто, собственно говоря, будет рожать детей, ежели особи самого детородного возраста (20-27 лет) вымирают! Причем, насколько мне известно, возраст наркоманов всё больше молодеет, уже многие школьники заражены этой страшной болезнью, что совсем уже мрак и начало заката России, как государства в нынешнем виде; когда я учился в школе, то я совсем не курил и не пил, да и вообще (что я всё о себе и о себе), в целом, никаких наркоманов у нас не было, ни одного на всю школу! Тогда, в старые добрые времена, употребление наркотиков было чем-то неслыханным, тем более, героина, но наступила демократия и понеслось... Сколько Героиновый Молох перемолол людей за годы наступившие после правления демона Миши с меткой дьявола на голове? Судя по всему, счет идет на миллионы человеческих жизней! Что уж точно, так это то, что человеческие потери от героина, куда огромнее, чем от войны в Чечне, причем, даже не в разы, а в десятки раз! Идет необъявленная война. Страна сидит на игле, но никто почему-то не бьет в набат, стоит поразительная тишина, как будто ничего страшного не происходит, хотя, это ж полный кирдык, когда больше половины поголовья молодежи не доживает даже до 27 лет! Да, краснорылые, сальные депутаты с пивными животами, эти самоупоённые завсегдатаи телепередач, в последнее время, тоже немножечко прозрели и начали робко похрюкивать, что действительно существует проблема того, что, во-первых, "страна всё больше стареет", во-вторых, "существует проблема рождаемости", но они-то почему-то думают о том, что надо делать, а не о том, почему так происходит, то есть, ведь и дураку понятно, что перед тем, как строить какие-то планы и что-то делать, нужно сначало понять, что же, собственно говоря, происходит, в чем смысл проблемы, почему всё так, а не этак, а уже после этого беспромедлительно действовать. А то фигли толку от их "льгот для молодых семей у которых родился ребенок", ежели эти льготы совсем уже скоро просто-напросто некому будет давать! Болваны! Вместо того, чтобы реально решать проблему, депутаты и другие правительственные жабы, занимаются лишь созданием "видимости бурной деятельности" и самопиаром, надо устранить саму проблему, а не подлечивать помаленьку следствия. Впрочем, может они и не болваны вовсе, а обыкновенные мерзавцы, которые работают в интересах других стран, которым Россия нужна слабая, а чем малонаселенней будет Россия, тем она будет слабее и поэтому эти упаднические демографические процессы весьма выгодны недоброжелателям, раскатавшим свои слюнявые губёнки на наши богатейшие природные ресурсы, ну, например, тем же подлым америкосам, по крайней мере, именно подлые американцы поспособствовали тому, что огромное количество героина поступает в Россию по их молчаливому согласию. Пожалуй, не буду проявлять излишних эмоций, а просто приведу цифры, которые говорят сами за себя, что называется "без комментариев": После начала "контртеррористической операции" на территории Афганистана в октябре 2001 года и последовавшего за ней падения режима талибов эта страна опять вышла на первое место по производству наркотиков опийной группы, в первую очередь героина. Уже в 2002 году рост производства составил 1400 процентов, и был достигнут объем середины 1990-х годов, когда на территории Афганистана было сосредоточено около 70 процентов мирового производства героина. В 2001 году выпуск составил 185 тонн, а в 2002 году - уже 1900-2700 тонн, в 2003-м - более 7000 тонн (87 процентов мирового потребления и почти 100 процентов потребления в Европе), в 2004-м - 12000 тонн, планируемый объем в этом году - более 15000 тонн... Опупеть! Так вот макаром, гнусные американские "демократизаторы", убивают наших детей, сыновей (дочерей) и братьев (сестер), не знаю, сознательно ли это они делают или они "хотели, как лучше, а получилось, как всегда", да это и неважно ни чуть, из-за каких именно побуждений они закрывают глаза на то, что творится на оккупированной ими территории Афганистана, ведь от этого никто, увы-увы, не воскреснет. Надо просто знать, кто в этом виноват и делать соответствующие выводы. Наверное, не совсем этично говорить о "большей" или "меньшей" жалости, по отношению к умершим, но тем не менее, с какой стати, я должен кривить душой и говорить неправду? Того же "Дрона" я не очень хорошо знал (ну, пара лет шапочного знакомства, это всё-таки не одно и тоже, что два десятка лет тесной дружбы), а вот с Сашкой В., я дружил с самого детского сада и, конечно же, его мне страшно-страшно-страшно жалко, просто нет слов... Вот, например, " старая фотография с матросиками", я - это тот человечек, который сидя, держит руки "замком", а Сашка - "рулевой", впереди всех, он и ушел от нас первым. Никогда не забуду, как моя сестра Оксана позвонила мне осенью, четыре года назад, была тёмная ночь, часов около 12 уже, шел сильный дождь и она плакала в трубку навзрыд, крича о том, что она находится на дискотеке и что у Сашки передозировка, он не дышит и никто не знает, что надо делать, "как его спасти?" - глухо рыдала она на том конце телефонной трубки, повторяя множество раз один тот же вопрос - "как его спасти?", "как его спасти?", эти слова гулким эхом отдавались у меня в голове. Я, по правде говоря, не знал точно, что в таких случаях нужно делать, так как я не врач и никогда с такой ситуацией не сталкивался, поэтому я не знал, как себя правильно вести. Я сказал, что, наверное, надо побить его по щекам и сильно потрясти, дабы он пришел в себя, а ежели это не помогает, надо сделать ему искусственное дыхание и массаж сердца, а главное, срочно вызвать "скорую помощь". Сестра сказала мне, что они всё это уже много раз делали, но он всё равно не дышит. Честно говоря, я почти сразу же, как только она мне позвонила, догадался, что он уже умер и его ни за что не спасти, как будто я это не понял логически, а почувствовал инстинктивно, меня охватила какая-то вялость и что-то навроде "спокойствия", только это не то слово, какое-то другое чувство владело мной, скорее, что-то более похожее на "смирение" и "покорность Судьбе", но тоже не совсем это. Я спросил у сестры, сколько времени он уже не дышит и она сказала, что уже минимум минут сорок, тогда-то я и понял на 100%, что Сашка умер, так как слышал, что реаниматологи могут запустить сердце даже через 20 минут, но при этом мозг уже будет поврежден, что уж говорить о 40 минутах, к тому же, никаких реаниматологов не было и в помине, так как, хотя, "скорую" вызвали, как оказалось, сразу же, но я вот даже и не знаю, где ближайшая больница находится (сам я никогда ещё не лежал ни в какой больнице, Бог миловал), наверное, очень не близко и врачи ещё к тому времени не приехали туда. Я тихо, чуть ли не шепотом, сказал в трубку: "Наверное, он умер", что вызвало очередной приступ рыданий. Почему-то, в тот момент, я сам совсем не плакал, хотя, вот даже сейчас, когда сбивчиво вспоминаю про это, то и дело приходится останавливаться, так как слёзы льются ручьём. Положив трубку телефона, я поехал с мамой, на её машине (сам я не умею водить и вообще ненавижу машины, но это уже другая история, к тому же, я её рассказывал уже как-то), на дискотеку, где произошла эта трагедия. Помню, всё ещё шёл этот длинный осенний дождь и было темно, хоть глаза выколи, фонари вдоль дороги толком нигде не горели, лишь фары нашей машины выхватывали небольшие кусочки дороги из кромешного мрака. Нам пришлось завернуть на проселочную дорогу, а не ехать напрямую через перекрёсток (где стоит ментовский "стакан"), так как у матери не было, по какой-то причине, с собой водительских прав, посему мы решили ехать сквозь мрачную спящую деревню, месить грязь, пробуксовывающими и проскальзывающими колесами. На этой, в общем-то, почти односторонней дороге (вернее, я бы сказал - полуторасторонней), нам еле-еле удалось разминуться с другой машиной, внезапно вынырнувшей навстречу из темноты. Это была машина Женьки М., тоже моего и Сашкиного "друга", который на " старой фотографии", тот паренек с флажками и несколько глуповатой улыбкой, наверное, он как раз-таки с Сашкой и "вмазывался", когда тот передознулся (как-то на эту тему я с ним, так и не разговаривал, ибо он в последние годы из тюрьмы не вылазит, говорят, что совсем недавно, он снова вышел с очередной отсидки, но как-то не хочется с ним встречаться, былой дружбы уже нет, ибо нет никаких общих точек соприкосновения, а лицемерить и "играть в дружбу" мне не хочется, не такой я человек). Когда мы подъехали к дискотеке, там уже никого не было, кроме моей сестры Оксанки, которая стояла одна, спрятавшись от дождя под козырьком клуба, вокруг не было никого, ни одной живой души, в том числе, и Сашки, его куда-то увезли, то ли милиция, то ли "скорая", то ли родители, в общем, я так и не увидел его тогда, возможно, это и к лучшему, так как психика у меня не очень-то устойчивая, вдруг он мне начал бы сниться в ночных кошмарах? А ведь, по-моему, в идеале, мёртвые не должны мешать живым жить. Так или иначе, но в моих воспоминаниях Сашка останется для меня навсегда живым (ибо мёртвым я его не видел), таким, каким я его запомнил и каким я его знал, даст Бог, ежели я до живу до старости и дряхлости, он и тогда будет в моих воспоминаниях молодым и бодрым, каким я его видел в последний раз. Когда мы ехали назад и "дворники" усиленно очищали лобовое стекло от дождевых водопадов, я, помнится, испытывал некое чувство вины, мне тогда казалось, что я не сделал всего того, что мог, дабы спасти его. За прошедшие годы, конечно, у меня было много времени, чтобы порассуждать на эту тему и я пришел к выводу, что я всё-таки никак не мог его спасти, так как он уже был мёртв, когда мне позвонила сестра, как бы мне того ни хотелось, как бы я того ни желал, я ничем ему не мог помочь, увы, я простой паренек, вовсе не волшебник и я не знаю, и не знал никогда, "волшебное слово", дабы воскресить его... И вот снова на дворе очередная осень. И вот снова Смерть собирает жатву. Умер ещё и Макс. Да и не только мои друзья-товарищи умирают, этой осенью МНОГО разного народу умерло, как широкоизвестных, так и о которых я случайно узнал бродя по чужим ЖЖ... Мне кажется, погода тут тоже играет свою пагубную роль, как было сказано выше, осень сильно умиротворяет и от этого сопротивляемость организма значительно падает, у некоторых просто не остается сил цепляться за жизнь, отсюда и этот листопад смертей, которые по обыкновению сопровождают КАЖДУЮ осеннюю пору. Хотя, подводить итоги ещё рано, осень ещё ведь не закончилась. Давеча, совершенно случайно встретил Свету "Вертолёт", которую не видел несколько лет, так она теперь исключительно на инвалидной коляске передвигается, говорит, что ей, якобы, осталось жить дней восемь, не знаю, преувеличивала она или нет, но что-то не похоже на то, что она хоть сколечки привирает, из целого букета болезней которыми она больна, я запомнил только "цирроз печени", но судя по тому, что она передвигается на коляске и вид у ней действительно неважнецкий, скорее всего, она не врет. Впрочем, в любом случае, она долго не протянет, так как несмотря на все свои болезни, продолжает систематически употреблять героин. Жалко её. Жаль, очень жаль. Она, разумеется, далеко не ангел, но всё равно она хорошая и у неё есть душа, просто зря она начала пичкать себя этим ядом, возможно, хотела немножко кайфануть "один раз", а вон оно как всё обернулось. И сына её жалко (у неё четырехлетний сын Егор, названный так, к слову, в честь Егора Летова), что он без мамы будет делать? Как жить? Особенно в свете того, что он и без отца, возможно, останется, так как этот чудак на букву "м", по словам Светы недавно начал буянить и она написала на него заявление в милицию, где его продержали неделю, а затем выпустили, так как она "сжалилась". Так он пришел домой с бейсбольной битой и всех, включая Свету в инвалидной коляске, хорошенько отмудохал и теперича где-то скрывается, бросив семью. "Леший", муж Светы "Вертолёт", как вы наверняка поняли, тоже наркоман со стажем и, навряд ли, сам долго проживет. Да и не такой уж он плохой парень когда-то был, как могло сложиться у вас мнение по этой истории, просто-напросто, надо четко понимать, что мы живем в разных реальностях, что это героин его сделал таким, а не потому, что он всегда был таким мерзавцем, он болен и его жизнь летит коту под хвост, трудно не озлобиться, не сорваться, когда всё так беспросветно плохо, плохо, плохо и нет никакой надежды, что что-то хоть немножечко изменится в лучшую сторону. Это нам с вами легко его осуждать и морализаторствовать, но, мне кажется, что ему и так сейчас паршиво, так плохо, что я не пожелал бы такого своему врагу. Думаю, что и Света, и "Леший", искренне считают, что то, что с ними происходит - это в высшей степени несправедливо. Быть может, они и правы. Но жизнь, частенько, жестока и несправедлива. По-моему, глупо ожидать, что манна небесная посыплется с неба сама собой, и всё разом станет хорошо и справедливо, надо что-то делать для того, чтобы жизнь складывалась так, как нам того хочется, это требует усилий, конечно, но праздность и справедливость - вещи несовместимые, то бишь, ничего не делая, трудно расчитывать на справедливость, на удачу - да, но не на справедливость. Хотя, может быть, я и ошибаюсь, так как жизнь такая сложная штука, что её нельзя загнать в какие-то узкие рамки, в ней всё возможно и ничего невозможного нет - это я уже давно понял и ничему не удивляюсь... Кстати говоря, я пишу этот текст от руки, старательно выписывая кособокие закорючки в старой, оставшейся ещё со школьных времён тетрадке, так как в довершение ко всем прочим напастям у меня что-то сгорело к чёртовой бабушке в компьютере, точнее, то ли монитор, то ли видеокарта, то есть, данный текст приходится записывать в тетрадочку, ибо передо мной тёмный-тёмный экран - хоть ты тресни, но с этим ничегошеньки нельзя поделать. Я уже, наверное, раз пятьдесят суетливо нажимал пимпочку на своём бедненьком мониторчике в тщетной надежде, что экран, наконец-то, засветится, гостеприимно распахнув ворота в киберпространство и привычно впустив меня в виртуальный мир, но нет, не тут-то было, отчетливо слышится, как, дребезжа кластерами жесткого диска, грузится операционка, но загружается она где-то там - далеко-далече, как будто бы в потустороннем мире, ибо это всего лишь звуки, а экран-то остается всё таким же тёмным и безжизненным, монитор - мёртв. Странные ощущения накатывают, доложу я вам, что, впрочем, и не мудрено, всё-таки давным-давно такого не было, чтобы компьютер был мне полностью не доступен. Да, бывало, что несколько дней не было Интернета, но всё равно ведь, в таком случае, можно было за компьютером спокойненько посидеть, те же книжки почитать или самому что-нибудь написать, а вот сейчас, глядючи в тёмное око околевшего монитора, я четко осознал насколько сильна у меня "компьютерная зависимость". В общем, сушите вёсла, как говорится, добро пожаловать в реальность. Ну, на первый взгляд, реальность весьма скучная какая-то. Даже не знаю толком, чем бы мне заняться, так как все интересные развлечения, которым я когда-то предавался, давным-давно вытеснены Его Величеством Компьютером; компьютер - это моё единственное развлечение, он никогда не надоедает, на нём можно делать тысячи разных дел и теперича я одним чохом лишен этого многообразия, и растерянным взглядом, буравлю "разбитое корыто". Катастрофа! Впрочем, не буду посыпать голову пеплом и стенать, нет худа без добра, к примеру, нежданно-негаданно обзаведясь кучей свободного времени, мне удалось вот пересмотреть кучу интересных фильмов, в том числе, "Андеграунд" Эмира Кустурицы. Да уж, это просто-таки гениальное кино! Его можно смотреть бесконечно, отмечая каждый раз какие-нибудь новые детальки, которые ускользнули при первом просмотре. Казалось бы, обыкновенно, над одними и теми же шутками - не смеются и душещипательная сцена, при повторе, когда заранее знаешь, что произойдет, - слезу не выжмет, ан нет, я и смеялся весело, и слеза несколько раз набежала вполне себе натуральная! Думаю, что это и есть признак по-настоящему хорошего фильма, когда при повторном просмотре киноленты, получаешь такой же сильный (или примерно сопоставимый) эмоциональный заряд, как будто первый раз фильм смотришь. Мне вот, на этот раз, запомнились донельзя выразительные глаза "Чёрного", лежащего на своей кровати в Подземелье и за которым наблюдает подлый Марко (который, в свою очередь, показался мне, при всей своей одиозности, не таким однозначным злодеем, как при первом просмотре. запомнилась сцена, когда он запальчиво и искренне выкрикивает Наташе: "Разве я мерзавец?", а она в ответ, истерично голосит, что-то навроде того: "Да, да, мерзавец! Ты столько лет обманывал людей и испортил мне жизнь тоже"), - вроде бы, абсолютно резонные слова, имеющие под собой основания, но затем, выдержав небольшую паузу, он говорит ей "свою правду", тоже вполне убежденный в своей правоте и его трудно заподозрить в неискренности: "Я всё это делаю из-за тебя. Потому что люблю тебя", то бишь, это, конечно же, вовсе не оправдывает дурных поступков Марко, но мотивация его "понятна", его можно, минимум, понять, а то и простить). Ещё одна хорошая сцена в фильме, это когда сын "Чёрного", первый раз оказавшийся на поверхности, трогательно и наивно спрашивает, кивая на Луну: "Папа, это Солнце?", на что "Чёрный" добродушно отвечает: "Нет, сынок, это Луна", тогда сын, немножко смущенно, задаёт уточняющий вопрос: "А где Солнце?", а его отец, мимолетно усмехнувшись, по-отечески ласково увещевает: "Солнце? Солнце, спит, сынок". На первый взгляд, ничего особенного в этом диалоге нетути, никаких интеллектуальных наворотов и прочей пёстрой мишуры, но зато есть в нем что-то очень чисто по-человечески тёплое, что-то этакое сермяжное, что и называется, "правда жизни". Но это ещё не всё, потом, чуть позже, уже после того, как произошли кое-какие события и об этом разговоре, некоторые невнимательные зрители наверняка забыли, следует чудесная "немая сцена", когда "Чёрный" с сыном, плывут на лодке и тут на горизонте, Солнце встаёт из воды, знаменуя своим величественным выходом рассвет. Сын с непривычки щурится и, глуповато улыбаясь, оборачивается к отцу, который также молча и глупенько улыбаясь, кивает тому кудрявой головой, дескать, как бы говоря, своей житейской пантомимой, "вот так-то оно и бывает, сынок". То есть, они не говорят ни словечка, но и без всяких слов понятно, почему они улыбаются, и, более того, глядя на них, сам улыбаешься, улыбаешься - Солнышку, жизни, доброте... Отличный фильм! По-моему, пока ещё никто лучше Кустурицы не передал абсурдность нашей жизни. В смысле, многие поступки героев фильма совершенно алогичные, они всё делают наперекосяк, всё у них выходит сикось-накось, а не так, как должно было бы быть, то бишь, от многих сюжетных поворотов остаётся ощущение, что "всё могло бы сложиться по-другому" и это было б куда логичнее, правильнее, недаром режиссер, в финальной сцене, которая, на мой взгляд, является аллегорией того, о чём я предположил, а именно - показывает, в сжатом виде, что всё могло бы сложиться иначе, и даже наглядно иллюстрирует, как в идеале всё должно было выглядеть: "Чёрный" мог бы жить со своей женой, которая в реальности, умерла при родах сына, Марко, в свою очередь, мог всё также женат на Наташе, только уже без всяких угрызений совести перед "Чёрным" и людьми, которых он заставил гнить в Подземелье, брат Наташи - инвалид, вполне мог бы и вылечиться, научиться ходить, сын же и невестка "Чёрного", будь на то судьба, могли бы устроить свадьбу без плачевного итога, а брат Марко - дурачок, взял бы, да и перестал быть умственно отсталым - в этой финальной сцене, они все так и показаны, "как могли были быть", но... Там же и другая метафора мне видится, я имею в виду то, как кусок берега, словно льдина, откалывается от земли и плывет со всеми персонажами вниз по реке, что, возможно, означает, так хорошо знакомую каждому из нас, гиперболу упущенных возможностей, дескать: "смотрите, что с ними могло бы стать, ежели бы их жизнь не дала вдруг трещину и их не подхватило бы стремительным потоком, бурленьем мировым" и действительно, смотришь на эту финальную идиллию и думаешь, что ведь вон оно как могло всё сложиться хорошо и все персонажи, были бы довольны и счастливы, но с другой же стороны, понимаешь, что в реальной жизни - "так не бывает", да и режиссер, пожалуй, это прекрасно понимает, поэтому-то он и вставил эту сцену в финал, как яркую картину того, к чему нужно стремиться, чего бы хотелось от жизни - всеобщей доброты и всеобщего счастья, а на самом деле, как вы помните, все они умерли, умерли какими-то абсолютно нелепыми смертями. Другими словами, я хочу сказать, что их жизнь была нелепа (как я отметил, они совершали поступки, которые были отнюдь неочевидны), смерть их была тоже нелепа, как и жизнь (они умерли "глупыми" смертями, одна другой нелепее), наконец, эта финальная иллюзия, которая не жизнь и не смерть, нелепа тоже (так как всего того, чего нет - не существует, и значит, это нелепо), в общем, куда ни посмотри, всюду сплошная нелепость и абсурд. Наша жизнь, наша смерть, наши иллюзии - это абсурд, чистый и незамутненный. Между тем, как вы наверняка догадались, я купил новый мониторчик, буду теперича, наконец-то, потихоньку писать свою повестушку, а тем абсурдностям, что творятся кругом, я показываю кукиш и говорю своё веское: No pasaran! Меня не догонишь, пока во мне ещё есть силы. Пускай и тяжело порой приходится. Но то, что "легко будет жить" никто мне и не обещал. Да и грех мне на жизнь жаловаться - бывает и хуже. Я ещё жив и всё чики-пуки. [1] - Я бы вот хотел, если уж и умирать (придется ведь когда-нибудь), то идеальный вариант - это умереть во сне, эдак незаметно для самого себя, по привычке заснуть и просто-напросто не проснуться, заснув навсегда. Но, навряд ли, такое произойдет, это, по-моему, всё-таки привелегия, которую я не заслужил. Вот умер ещё один мой приятель Макс М., а в этот же самый день, по какому-то причудливому стечению обстоятельств, родился очередной мой двоюродный брат - Саша (получается, у меня их уже семь теперь, семь самураев, один я дурак, а ещё самый "старший"). Такая она вот жизнь - циклическая, один цикл завершается, другой - начинается, шестерёнки крутятся, одна толкает другую, а другая следующую, следующая же ещё одну - такова механика Жизни, если одна шестеренка вдруг умирает, другие продолжают её крутить, как ни в чем не бывало, что называется, "отряд не заметил потери бойца". Ладно, пора спатушки, надеюсь, что я проснусь и на этот раз. Рановато мне на вечный покой. Пусть продолжается бой. Это, типа, стих такой. А пока же, отбой! из жизни травоядных и плотоядных (часть первая) расцвет и отцвет кудрявых мыслей. расцвет Заплакали чибисы, тонко и ярко Весенняя светится синь, Обвяла дорога, где солнце - там жарко, Сереет и сохнет полынь. На серых полях - голубые озера, На пашнях - лиловая грязь. И чибисы плачут - от света, простора. От счастия - плакать, смеясь. Да уж, вот не задача, снежок ещё толком не запорошил землюшку (то есть, хотя он и робко навалился уже местами, конечно же, но ему, на мой взгляд, нехватает истинно зимней основательности, брутальной, нахрапистой самоподачи, ведь глядючи на эти имиджевые просчёты снега, складывается стойкое ощущение того, что эти квелые сугробцы - это что-то мимолетное, временное, совершенно несерьёзное, нет в них "запаса прочности" и "обозначения серьёзности намерений, что они пришли надолго", вот наступит небольшое потепление и они ж потекут, журча и булькая, превратившись за пригоршню наносекунд в мутные, грязные лужицы), а что-то страшно хочется поскорей окунуться снова в весну, оказаться поближе к обволакивающему теплу апрельского полудня, радостному синему-пресинему небу над головой, улыбчивому солнышку и молодой, яркой травушке-муравушке, всё-таки, наверное, я человек теплолюбивый, что, в общем-то, и немудрено, люди-то существа теплокровные, следовательно, если температура окружающей среды снаружи нашей шкурёнки значительно холоднее, чем температура нашего тельца, то мы чувствуем холод, а холод, в свою очередь, вызывает некий душевный дискомфорт, а ведь это даром не проходит, перманентный дискомфорт взошедший на системную колею и облучающий своими метафизическими протуберанцами на протяжении многих поколений наш, великороссов, этнос, влияет на национальный характер. А, сами подумайте, как может влиять постоянный дискомфорт на характер? Правильно! Характер дестабилизируется, разбалтывается, расхриставается, наделяя нас норовом Шалтай-Болтая, повадками мишки шатуна, разбуженного посреди зимней спячки и страдающего растройством опорно-двигательной системы, усугубленного запущенным плоскостопием, бросая нас из холода в жар, изо льда да в полымя, то бишь, наш, русский, характер весьма сумасбродный, неустойчивый, порывистый, вовсе не случайно, в других странах, в местах проживания иных, не таких знатных и разудалых, как наш, этносов, глубоко укоренен навязчивый стереотип, что русский люд, дескать, это этакие странные-престранные зверушки, с изрядной безуминкой и неадекватным поведением, гривуазными повадками и ужимками клиента психиатрической лечебницы. К примеру, взять ту же незалёжную американщинку (тюрьму народов) и такие устоявшиеся там понятия, как "русские горки", которые у нас из вредности переименовали в "американские" (согласно известной русской парадигме: "дурак? сам дурак!"), а также не стоит сбрасывать со счетов такой ходовой и наваристый брэнд, как нервическая, бодрящая "русская рулетка", а то, как нас, русских, показывают в сонмище дефективных, низкохудожественных голливудских фильмов, тоже весьма показательно, зачастую тамошние персонажи изображающие, якобы, "русских" - это недотёпы-шизики или злодеи с сорванной напрочь башней, отвалившейся куда-то в прекрасное далёко придорожных, присыпанных пылью лопухов и зарослей пожухшего, выжелтевшего щавеля. Думаю, что эти несколько обидные стереотипы вовсе не на пустом месте появляются и ничегошеньки русоненавистнического в этом нетути, да, человек человеку рознь и чисто конкретные русские, какие-нибудь гипотетические Вася и Петя, не говоря уже о Саше и Маше, запросто могут быть не похожими друг на друга, но стереотип - это некое обобщение, собирательный образ того, как мы все выглядим в глазах других, при этом, лично мы, можем полностью не соответствовать стереотипу и даже являться полной противоположностью сему, но тем не менее, это вовсе не означает, что данный стереотип не имеет права на жизнь, пускай в некотором частном случае, он и кажется спорным или вообще несоответствующим действительности. Дело всё в том, что примеривая фактуру стереотипа на себя, мы забываем о том важном моменте, что мы всего лишь один из пальчиков могучей русской миллионнопалой руки, а стереотип обобществляет и сразу выдаёт оценку целокупной руке, а не какому-то одному отдельному пальцу, то есть, объект стереотипа не один человек и даже не два, а общество в целом. Мне-то, кстати говоря, если смотреть правде в глаза, грех жаловаться, якобы, на необъективность стереотипа о русских людях, так как я-то в его рамочки, увы, вполне вписываюсь по всем параметрам, по вертикали и по горизонтали, да так, как будто б мерки снимались с вашего покорного слуги, сами посудите: уста мои частенько извергают сумбур вместо музыки, невнятность и неопределенность - это норма для меня, а душевный же склад у меня на диво взбалмошный, хаотически мечущийся, словно птичка в клетке - соловей абсурда трепещущий крылышками, то бишь, мой душевный склад находится под властной доминантой противоречивости, раздвоенности, другими словами, разумом моим владеет и распоряжается настоящая высококачественная шизня, помимо этого, я известный дебошир и горький пьяница, склонный после приступов немотивированной ярости и агрессии, размякать и слёзно каяться, душепощипывательно мучаясь от всамделишных морально-этических терзаний; с одной стороны, я могу совершить по легкомысленности и головотяпству иль минутной вспышки злобности какой-нибудь дурной поступок, но с другой стороны, думаю, что я способен и на добрый, абсолютно бескорыстный поступок, впрочем, наверное, такое о себе может сказать любой человек, ведь даже законченный мерзавец, может совершить за всю свою жизнь, хотя бы один по-настоящему добрый поступок, так и наоборот, "праведник" тоже способен забабахать ложку дёгтя в бочку мёда, а то и не ложку, а даже ковшик, дело не в этом, а в том, какова динамика сей поведенческой амплитуды неистово дрыгающейся вверх-вниз - дрыг-дрыг, от высокого к низкому и низкого к высокому - дрыг-дрыг, так вот, у меня она абсолютно не поддающаяся замерам и осмыслению, настолько даже мне самому трудно разобраться в себе и понять в этом диком мельтешении, кто же я на самом деле... Кто я? Что можно сказать наверняка, так это то, что я матёрый русский человечище, зверёк мужского полу, архетипичная особь смешанной лесополосы (в смысле, хвойно-лиственной), ареал обитания которой находится преимущественно в умеренно-климатической части России - это точно. А также, пожалуй, можно сказать точно ещё то, что я ходячее воплощение стереотипов о нашем славном народце шизоносце. Не знаю, плохо ль это или хорошо, но то, что есть, то есть и приходится с этим считаться, настраивая себя на разумную перебалансировку биомеханизма и стараясь как-то осаживать себя, борясь с впадением в крайности и натягивая на себя тяжелый доспех самоконтроля, ибо самоконтроля мне как раз-таки и не хватает, всё какие-то крайности больше: гулять, так ГУЛЯТЬ, страдать, так СТРАДАТЬ, любить, так ЛЮБИТЬ... Эх, мать-перемать, не знает, наш брат-сестра полутонов и умеренности, рубит с плеча, токма щепки летят, а все чужаки, нерусские, смотрят на сё и дивятся нашему национальному характеру, а откуда, спрашивается, взяться другому темпераменту, коли погода у нас такая? Всё дело в погоде. Вот такая вот у меня теория. Вот такой вот тетраэдр вырисовывается. Я это всё к тому пустился в рассуждения об национальном характере, что, по всей видимости, слишком уж, в последнее время, перечитал журналов ориентированных на политические прения, в которых важные, надутые, рыхлые, потные, багровые от натуги "политики", выпучив свои маленькие, подслеповатые глазёнки, полные детской непосредственности и простоты, с рьяностью и самодурством местечковых диктаторов-каннибалов, творящих суд да дело под развесистым банановым деревом, и вещающих со своих маленьких виртуальных трибун "правду", разъясняя жадно, фанатично внемлющей пастве в красных майках и белых трусах текущие вопросы геополитики так, как этим несколько карикатурным "великим стратегам и тактикам" видится со своего дивана обсыпанного перхотью и хлебными крошками, а также заодно они клеймят позором своих идеологических противников, недоброжелателей в желто-коричневых майках и синих трусах, то есть, политика чем-то сильно напоминает мне спортивные игрища, там тоже сражаются "наши" с "ненашими" и можно активно поболеть за "своих" или даже самому принять участие в этой игре, причем, надо быть обязательно хорошенько тренированным или ретивые игроки из противоположной команды мигом тебя сомнут и триумфально улюлюкая, затопчут, вогнав копытцами под дёрн. Да, разумеется, есть в наших захолустных, виртуальных палестинах несколько более-менее профессиональных "политиков" и по совместительству весьма приличных философов, этаких недо-розановых, но и их можно перечислить по пальцам одной руки, буквально раз-два и обчелся, остальные же, блин, такие бараны тупорылые, аж язык к нёбу прилипает, этакие воинственные самоделкины с деревянными сабельками и картонными треуголками на взъерошенных, раскрасневшихся головёнках, играющиеся в войнушку (недаром, как правило, у таких вот товарищей помимо политических амбиций, есть ещё одна страстишка - военная история), а самомнения у всех выше звезды на Спасской башни Московского Кремля, все, блин, "геополитики", сопли из носа текут и подгузники перепачканные тёртой морковкой, которая вывалилась из по-дебильному разинутого, щербатого клюва, сидят на ведёрках, эдакие насупленные, серьёзные-пресерьёзные и деловито лупцуют друг дружку пластмассовыми совками по нахмуренным лобешникам, бим-бом, под бдительным присмотром больших дядь, а всё туда же, понимаешь ли, "геополитики", самодержцы всея песочницы - они, а не политики, смешно, ей-Богу. Нет, право же, что-то расстраивают меня эти разговоры о политике, вгоняя в сплин, я чувствую себя не в своей тарелке, когда заходит разговор, например, о дурацкой причёске Ангелы Меркель или о песне про зверски убитого "фашистами" Сальвадоре Альенде - меня все эти разговоры не возбуждают, по-хорошему не заводят, я, как слон в посудной лавке, слишком неуклюж и не подкован для обсуждения таких вот изысканных политических деликатесов. Потомуто, возможно, политика - это не моё, политика - это ж война, агрессия и жестокость, а я всё-таки не войн, скорее, трубадур или шут, могу, конечно, кого-нибудь в подворотне схватить за брыли и дружески потрепать по мордасам с оттяжечкой или исподтишка поставить подножку, но вот профессиональным военным, войном, убивать людей по приказу какого-нибудь хрена с горы - это не моё. Ну его на фиг, больше не буду читать эти политически озабоченные журналы, расстраиваться из пустяков не в охотку, ничего изменить всё равно не в моих силах, так чего, спрашивается, попусту себя третировать, лучше сконцентрироваться на своих литературных упражнениях. Начитался, в общем, я этот лабуды и вот тоже надумал кое-что сказать, как говорится, "вызрело". Ну, а вызрело, как видите, теория о влиянии погоды на национальный характер. По-моему, ничего себе версия, не бином Ньютона, конечно ж, но и не хуже многих других теорий. Во всяком случае, я не вижу в ней каких-либо крупных логических несостыковок и шероховатостей. Ну и вот, окольными тропками, овражками да кустиками, я плавно подвожу вас к основной теме сего месседжа, вернее не основной, но значительной. Слушайте. Не знаю, заметили вы это или нет, мои дорогие невидимые читатели[1], но я, между тем, довольно-таки долго писал свою махонькую повестушку (которая в процессе написания стала не такой уж и маленькой, как-никак почти пять авторских листов, что для повести вполне себе размерчик), но по ощущениям, кажется, что время пролетело черезвычайно быстро, вроде бы, только вчера я засел её писать имея в голове лишь смутный становой хребет сюжета, медленно, с трудом продираясь сквозь вязкий текст, дававшийся мне в самом начале большого пути, к слову, с превеликим трудом и скрипом мозговых шестеренок (ну, это я несколько преувеличиваю для достижения эффекта драматизма, тем самым, возвеличивая свой скромный творческий подвиг), но потом, уже опосля того, когда я более-менее "расписался", дело задвигалось пошустрей и буквы стали искрами вылетать из-под моего резвого пера. Честно говоря, признаюсь, было трудно остановиться, хотелось писать ещё и ещё, но я вовремя остановился, твёрдо сказав себе веское: "хватит!", так как сюжет не резиновый же и не стоит его раздувать сверх необходимого, разбавляя концентрированный смысл водицей, а то многие "большие книги", на мой взгляд, сильно страдают от множества пустопорожних воздушных пузырей, за невнятностью и ненужностью которых совсем теряется смысл повествования, посему я постарался сделать поджарый, мускулистый текст, без лишних жировых пластов на пузе. Вышло довольно-таки неказисто, спору нет, но надо же с чего-то начинать, потихоньку "набивая руку", ведь если нетути таланта, надо брать, прежде всего, прилежными, кропотливыми тренировками. Тем временем, у меня и других творческих планов громадье, можно сказать, вагон и маленькая тележка, и с некоторыми из них, я хочу с вами поделиться, похвастаться своими задумками и банально зафиксировать для себя, дабы не забыть, а то, знаете ли, бывает придет в голову какая-нибудь интересная задумка, но не записав её, из-за бурления жизни, увы, забываешь напрочь, что, собственно, такого навыдумывал "офигительного", остаётся лишь горечь от нереализованности того, что идея была чудо, как хороша, просто-таки до умопомрачения пронзительно сумасшедша, но вот подлая память дырявая, туды её в качель, взяла да и подвела в самый неудачный момент, поэтому, по возможности, я всегда стараюсь записывать то, что приходит в мой пустой и закопченный котелок, пускай даже и весьма схематично (можно просто оставить на бумаге "ключевые слова"), ибо глядя даже на примитивную схему достаточно легко вспомнить и остальное, главное, оставить какие-либо зацепки для памяти, а дальше уж всё остальное тянем-потянем да и вытянем. Неторопливо работая спустя рукава над опусом "Не кушай таблеточки, детка", я подметил для себя ещё один интересный факт, заключающийся в том, что чисто художественный текст даётся мне куда сложнее, чем эссеистика, которая обыкновенно съёживается шагреневой кожей и облазит с меня весьма легко и непринужденно, по всей видимости, это всё потому что художественный текст имеет сюжет и приходится держать себя в каких-то заданных сюжетом рамках, самый простейший пример, если главного героя зовут Евстафий Рогулько, то он не может в середине повести, ни с того, ни с сего, вдруг стать Вениамином Пампушко, то бишь, существуют определенные рамки и полёт фантазии ограничен ими, а вот в эссеистике куда больше простора для манёвра, своеобразную икебану из ошкуренных и высушенных коряжек-слов можно выкладывать, как только душе угодно, можно так, можно сяк, можно и наперекосяк, в общем, возможны разные варианты, поэтому писать эссеистику, лично мне, значительно проще. Теперича хочется сказать основное: у повести будет продолжение (затыкает уши от шквала аплодисментов полчищ невидимых читателей). Наверное, я напишу минимум трилогию и все повестушки, так или иначе, будут объединены одной забавной сквозной темой, темой "Интерпланетарной Революции", то бишь, сюжет будет про доблестных космических коммунистов борющихся с Всеединой Империей, сильно конкретизировать, думаю, нет особого смысла, так как всё ещё может поменяться сто тысяч раз, но продолжениям своего опуса, я уже и рабочие названия придумал - "Космическая психоделика, вопиёт!" и "Шик и нищета Интерпланетарной Революции". Впрочем, не стоит так уж далеко забегать вперед, не знаю, как там с третьей частью опуса будет, но за вторую часть - "Космическая психоделика, вопиёт!", я довольно-таки скоро примусь, начало и конец уже придуманы... Казалось бы, как можно связать между собой первую и вторую часть опуса, коли все в конце первой умерли? А на самом-то деле сущая ерундовинка, навести тень на плетень, проще пареной репы, начало будет такое... Место действия - звездолёт "Химера" с космическими мусорщиками на борту, которые, словно падальщики всегда слетаются на место различных катастроф, если планету разнесло в клочья, если столкнулись в космосе звездолёты, если разгерметизировалась какая-то космическая база, если есть, чем поживиться, они всегда тут, как тут, готовые помародёрствовать и совершить бандитский налёт. Ну и прознав про то, что планету Дельту Осириса разнесла к чертям собачьим коварная комета Сет (кстати, кто разбирается в египетской мифологии, мог почти в самом начале повести предположить, чем всё закончится, хотя, навряд ли, боюсь, далеко не все оценили по-достоинству, встречающиеся в тексте аллюзии), эти прожженые, отчаянные авантюристы, которым сам Чёрт не брат, не замедлили появиться в окрестностях разыгравшейся трагедии, дабы порыскать нет ли чего среди обломков планеты. К их удивлению от планеты мало чего осталось, никаких крупных астероидов, как обычно в таких случаях бывает, лишь жалкая кучка космического мусора и несколько крохотных астероидиков. Крайне рассерженные таким вот обломом, мусорщики вакуумососом втягивают в грузовой трюм всю мелочевку, что нашли на месте трагедии и не солоно хлебавши, злые, как черти, берут курс на обратный путь. Но не всё так просто, к своему удивлению, осматривая один из маленьких астероидов, их прибор-анализатор обнаружил вмороженную в космический лёд молекулу ДНК Иосифа Галактионовича Лотмана (ну, это тот самый чувак, который в первой части, встретился на улице Абраму Лайтману и смотря куда-то в небо пообещал кому-то, что будет главным героем следующего его опуса, ну и как не трудно догадаться, этим кто-то был я, выступающий в роли Творца). При помощи клоноинкубатора, злобные мусорщики клонируют беднягу Иосифа Галактионовича Лотмана, причем, его гены хитрым образом видоизменяют и из здорового, абсолютно полноценного мужчины, он превратится в уродливого карлика с огромным горбом, таким макаром, мусорщики решили "отбить бабла", дабы хоть как-то покрыть расходы на этот неудачный вылет, они задумали продать клонированного Лотмана в Космический Цирк, где есть большой спрос на различных уродцев пострашнее. Суть да дело, но Лотману удаётся укокошить злодеев, захватив "Химеру". Долго ли, коротко ли, но его пути пересекаются с мега-порнозвездой вселенского масштаба "Клушей Стар" (это сценический псевдоним гражданки Цили Бабель), которая решила завязать со своим постыдным промыслом и ударилась вместе с Лотманом в бега, ибо её преследует сутенер Аким Шендерович со своей бандой отморозков. Уродливый Аким Шендерович пылает низменной похотью к красавице Клуше и даже посвящает ей самосочиненные песни, типа: Клуша, Клуша, Клуша, юбочка из плюша, русая коса,
Клуша, Клуша, Клуша, никого не слушай, И ни с кем сегодня не гуляй, И ни с кем сегодня не гуляй... Ему во чтобы-то ни стало, хочется ею завладеть или "пусть она не достанется никому", считает он. Клуша, понятное дело, имеет на этот счет свои планы, она, в общем-то, добрая, просто заблудшая душа, которая во время всех этих странствий с Лотманом, пишет детскую сказку про "Ксюшу Кошак и Альму Собчак". Надо ли говорить, что Лотман является коммунистом? Да, это так, и он летит на Канопус, на знаменитый, ежегодный Канопусский Конгресс Скрипачей, где должен появиться его святейшество диктатор Всеединой Империей некто Додик Бутман и тогда... Ну и хватит, пожалуй, коли будет интерес, сами потом прочитаете. Помимо этого, у меня возникла идея написать серию рассказов "Хо-хо-хо", ну там: "Хо-хо-хо, он такой паинька", "Хо-хо-хо, он такой озорник", "Хо-хо-хо, он такой мудозвон", "Хо-хо-хо, он такой лапусик" и тому подобное, все рассказы серии начинались бы одинаково c пресловутого "Хо-хо-хо", а потом разматывался б клубок повествования, который, в свою очередь, заканчивался бы тоже одинаково, многозначительным "Охохонюшки-хо-хо". По-моему, получилась бы концептуально - это с одной стороны, с другой же, писать рассказы лишь ради обнародованных мной "концептуальных" примочек, как-то не очень уж интересно, поэтому-то эту идею я забраковал и отправляю в мусорное ведро - слишком она простовата для меня. А вот задумки внесерийных рассказов: "Гусляр с десятого астероида", "Правописание безударных гласных" и "Не трогай меня руками!" - всё-таки хотелось бы довести до ума. Но это уж, как Бог даст. Это я всё разглагольствовал о самой ближайшей перспективе, но было бы ошибкой считать, что я дальше своего носа ничегошеньки не вижу, отнюдь, у меня есть и долгосрочные, долгоиграющие планы, а именно, через пару-тройку лет, я, пожалуй, усядусь-ка за фантастический гипер-мега-супер-пупер-романище, мой, возможно, опус магнум, под незамысловатым названием "Православный десант" (или, как вариант, "Православный десант в трико цвета хаки"), причем, он будет не такой уж простой, хочется обязательно сделать что-то масштаба "Войны и Мира" (по объёму, а не качеству, разумеется, ибо с трудом представляю, что кто-то из современников может написать что-то более-менее сравнимое с гениальной работой Толстого, увы-увы, перевелись уже такие маститые писатели-глыбы и новых не видно, да и жанры у нас абсолютно разные, да всё разное, кроме желаемого мной размера, которого хорошо бы было достичь), плюс хочется прорисовать смену поколений и цикличность, повторяемость и причудливое переплетение судеб разных людей, наподобие того, как это, на мой взгляд, блистательно прорисовал товарищ Габриэль Гарсия Маркес в своём замечательном, эпохальном произведении "Сто лет одиночества", только с поправкой на развесёлый интерпланетарный антураж и чисто постмодернистские примочки, но без особой чернухи. Чернуху я не люблю. Я люблю веселуху. Ужасов и в реальной жизни хватает с лихвой. Что же касается сюжета, то и он полегонечку оформляется, вырисовываясь бледной, пунктирной линией, в общем-то, спешить некуда и я особо не педалирую сей процесс. В прологе будет коротко и ёмко пересказана предыстория возникновения выдуманной вселенной романа. Так вот, дело было так: в корне ошибочная миграционная политика России, привела страну к полному краху, к 2113 году инородцы тире иноверцы, почти полностью оккупировали, путем, так называемого, "мирного выдавливания" все города и веси нашей Родины, полностью смяв коренное население и удалив от всех рычагов влияния ситуацией в стране. Припоминая прошлые эфемерные обиды, наподобие того, что одному чучмеку бабушка Циля рассказывала путаясь в показаниях, что где-то полвека назад один русский свинтус, видите ли, замахнулся на неё и чуть не ударил белой перчаткой по уродливой бородавке на её носу, когда она пыталась, конечно же случайно, обвесить простоватого русака на рынке, не доложив всего-то пару-тройку киви в авоську и вот подпитываемые такого рода полумифическими историями, в которых, за давностью времени, совершенно уже непонятно, чего там больше, правды или вымысла, разномастная нерусь, возводит в политику нового государства нетерпимость к русским людям, как бы мстя за былые "обиды". Благодаря русофобской политике, остаткам русского этноса просто-напросто абсолютно невозможно устроиться на нормальную работу, нельзя прокормить семью, в некогда бывшей своей стране, они, по сути, изгои, разве что, можно устроиться дворниками, но это ежели крупно повезёт. Униженные и оскорбленные русские, спиваются низкокачественным самогоном и стремительными темпами вымирают. В общем, ещё чуть-чуть, ещё немного и ежели ничего не предпринимать, оставляя всё, как есть, отпустив всё на самотёк и надеясь на авось, то русскому народу неминуемо грозило полное вымирание. Небольшой, мобильной группе сопротивления, в несколько десятков тысяч русских людей, а ещё конкретнее - москвичей (нигде больше русских не осталось, даже тайга давным-давно заселена исключительно китайцами), удалось улизнуть от инородцев, проявив смекалку и похитив с космодрома один из самых первых прототипов межгалактического корабля, способного летать не только в пределах Солнечной системы, но и к другим звёздам, воспользовавшись тем, что нерусское агрессивное большинство, потеряв бдительность, празднует новый официальный государственный праздник Ид аль-Адха (Курбан-Байрам). После трудных, продолжительных странствий, звездолёт скромно названный переселенцами "Русский Ковчег", всё-таки благополучно приземляется на уединенной, уютной планетке Кукуево-7, где русские беженцы основывают колонию "Русь Изначальная". Посовещавшись между собой, сразу же по прилёту, они решили вернуться к истокам, к своим корням, полностью искоренить пьянство и культивировать благодать православия, а также, по возможности, не пользоваться "высокими технологиями" и вести "натуральное хозяйство". Прошло изрядное количество веков. Долго ли, коротко ли, но по всей планете раскинулись пышные леса из берёзок, ёлочек и дубков, заколосились поля пшеницы и других полезных злаков, по полям покрытым сочной зеленью, вальяжно потянулись пятнистые бурёнки, а поросята уткнулись влажными пяточками в корытца с ботвиньей, то там, то здесь, стали появляться небольшие деревушки, состоящие из бревенчатых теремков, небольших церквушек, колодезных журавлей и прочих тихих радостей провинциальной русской жизни, в общем, этакий истинно русский лубок. Да, начало, пожалуй, лучше выдержать стилизованным под "Поднятую целину" Шолохова. Нужно будет показать тихую и счастливую жизнь, эдакую пастораль. Главный герой, Иван Иоаннович Рыгайло, потомственный пахарь, так сказать, человек от сохи, простой, "маленький человек", с идиллическим мировосприятием, спокойный и уверенный в себе мужчина, которому многого от жизни не надо, но себе цену он знает, он нисколько не злобный, но может за себя постоять, он воплощение такого типа людей, которое у нас, русских, зовётся "добро с кулаками". Как было сказано выше, прошло уже много веков с тех пор, как русские покинули Землю, спасая себя и не желая быть поглощенными другими народами. Тем временем, другие народы тоже времени даром не теряли, они усиленно "плодились и размножались", следствие этого стало то, что Землю давным-давно накрыло волной перенаселения, причем, за прошедшие века, не только Землю, но и некоторые колонии тоже. В поисках нового жизненного пространства, нерусские интервенты решают отобрать у русских их землю заново, как это уже произошло на Земле ранее. Гугнивые орды, как они сам себя называют, "правозащитников" с бластерами, ставят общине русских людей лицемерный ультиматум, дескать, если они не отдадут свои земли добровольно, впустив на них "католиксойдов", "жидлян" и "буддинов", то некая, образованная нерусью, Лига Толерантности, объявит против русских джихад, поставив их вне закона. Русские, понятное дело, гордо откажутся подвинуться, так уже "подвигались" на Земле и известно к чему всё это привело. Ну и начнется война. Бластеры разрежут мрак космоса и холодные звёзды хищно оскалятся. На ум приходит пока две версии концовки и все достаточно оптимистичные: реалистическая и эзотерическая. Реалистическая - это когда после длительного противостояния, русские и нерусские будут вынуждены заключить мир из-за появления на арене "третьей силы", коварных Маленьких Зелёных Человечков, и люди позабыв о былой вражде объединятся против общего врага, так как всё-таки и те, и те - люди и способны друг друга понять, надо только этого захотеть. Эзотерическая же версия - это когда русским станет совсем уже невмоготу и кажется вот-вот куда более многочисленные нерусские орды возьмут верх в войне, на нашей стороне вмешается сам Бог и покарает врагов. Иван Рыгайло, завидя перед собой Бога, робко спросит, потупив взгляд: "Так ты за наc Боже?", Бог добродушно усмехнется и ласково скажет: "Конечно, мой друг. Русские - это народ богоносец. Я с вами" и они оба, крайне растроганные и переполненные светлых чувств, по русскому обычаю, по-братски обнимутся, троекратно облобызавшись. Вот такой вот хэппи-энд. Я, на данный момент, больше склоняюсь к "эзотерической" версии, так как, в большей степени, как уже было сказано, я буду ориентироваться на Габриэля, нашего, Маркеса и "эзотерическая" версия, хорошо ляжет на его латиноамерканский мистицизм, вернее, не совсем "на его", а на то, что я буду симулировать беря за пример для подражания, привнося значительную толику и своего мистицизма. Впрочем, за эту работу я возьмусь ещё относительно нескоро, где-нибудь через пару-тройку лет, так как, разумеется, надо сначала посильнее "набить руку", а не то, боюсь, ежели сейчас начать писать, то я просто-напросто испорчу отличную идею, всё-таки я пока не готов писать художественное произведение размером приблизительно 40-50 авторских листов одним заходом, но надо к этому стремиться. Цель есть, а остальное как-нибудь приложится. Главное, сам процесс продвижения к цели, а не конечный итог, то есть, тут, как с жизнью, где жизнь - это процесс, а итог у всех одинаков, поэтому я и считаю, что заканчивать свой текст однозначным итогом - это оксюморон, куда лучше некоторая многозначительная недосказанность, тогда текст не мёртвое нагромождение букв, а он живой и он дышит. Вы слышите? [1] - Кстати, подумалось, а вдруг я вот столь старательно кривляюсь, езжу вот на двухколесном велосипедике, выписываю акробатические кульбиты и разыгрываю скетчи, демонстрируя всяческие забавные ужимки и разражаюсь фейерверком эскапад, а ведь, скорее всего, этот текст прочитает от силы несколько человек, тёмный зрительный зал почти пуст, только на последнем ряду кто-то живой ещё едва-едва шевелится, вяло похрустывая попкорном, правда непонятно кто, наверное, это Вы? Хотя, фиг его знает, вон, к примеру, мою махонькую повестушку за шесть дней с тех пор, как я её имел честь написать, на одном ресурсе уже прочитало 93 человека, а на другом ещё 73 (это, конечно ж, относительно немного, но я-то, в общем-то, пишу для аудитории своего журнала, а она сами знаете у меня какая. да и забавный факт, почему-то, судя по той же статистике, самым популярным из всего того, что я вообще когда-либо написал является гривуазная сказочка "Весна над Звериной Вольницей", да уж, есть над чем призадуматься), причем, если "73" ещё можно как-то логически понять, ибо ссылка на повесть появилась у меня в юзер-инфо и кто-то мог просто из любопытства щелкнуть, то как народ поломился на первый ресурс, где "93", вот это мне абсолютно непонятно, непонятно то, как люди узнали об этом тексте там, ежели в моём журнале нет ни одной ссылки на него и я никому никогда не говорил, что там у меня что-то лежит, в общем, странновато, остаётся лишь недоуменно взметнуть вверх брови и поцокать языком. Ой-ла-ла. из жизни травоядных и плотоядных (часть вторая) расцвет и отцвет кудрявых мыслей. отцвет От братии прилежной Апостола Луки Икону Тайны Нежной Писать - мне испытанье. Перенесу ль мечтанье На кипарис доски? Мне снилось: Цвет Единый Возрос из тайника, Где Корень свит змеиный, В эфир листвою сочной; И Агнец непорочный На пурпуре Цветка. Тырлым-бурлым, вспомнилось вдруг, что пока я с любовью ваял свою махонькую, изящную повестушку, то случился известный эксцесс в Нальчике, когда богомерзкие исламские сепаратисты, науськанные подлыми бородатыми религиозными фанатиками и их западными маркитантами из термитников различных псевдо-благотворительных фондов, огнем и мечом прошлись по этому достославному городу, чуть не превратив его в руины, в пепелище, а так как вашему покорному слуге посчастливилось побывать там в детстве, которое вот-вот должно было перерасти в юность, то благодаря сему столь грустному "информационному поводу" захотелось что-нибудь написать на эту тему, вспомнить то, каким мне тогда показался Нальчик и его смуглые, клювоносые жители, похожие на взъерошенных, мартовских грачей, сквозь призму детского восприятия мира, таким, каким он мне запомнился. Честно говоря, поначалу о своём намерении я немного подзабыл, дел накопилось невпроворот, то-сё, пятое-десятое, в общем, затюкала бытовуха и разная отвлеченная метафизика, и я немножечко выпал из темы, но вот произошли кое-какие события, которые бодренько прокрутили в моей голове барабан ассоциативного ряда, щёлкнув бойком, выстрелили озарением, снова сподвигнув меня к мыслям о Нальчике. Ментальный круг замкнулся. Катализатором для воспоминаний послужило то, что моя мама рассказала о приватном телефонном разговоре с тётей Леной. Оказывается, тётя Лена ходила со своим мужем Сергеем на Черкизовский рынок, что в стольном городе Москве, который находится недалече от их утлой хибары, и когда они проходили между торговых рядов, спокойно, никого не трогая, к тёте начал приставать какой-то наглый хачь, изо рта которого воняло луком и плохо переваренным люля-кебабом. Абсолютно беспардонно хватая за руки тётю Лену, своими заскорузлыми, кривыми лапами с грязными ногтями, нерусь, назойливо гнусавил, нудно долдоня: "Купи, купи, купи". Ну, Сергей, человек плечистенький и отнюдь не робкого десятка, с правильными жизненными понятиями и установками, что называется, не без понтов, но и не шибко борзой, и он, конечно же, дюже прифигел оттого, что к его любимой женщине, матери его ребенка, цепляется какая-то наглая нерусь. Сипящему хачику, для начала, было вежливо сказано, чтобы он отстал, но он и не думал успокаиваться, всё кочевряжься и ярился, бил себя лапками в грудь, воинственно потрясая пушистыми усищами, слово за слово, и, в общем, тётин муж надавал по рогам наглому баранищу, но тотчас, откуда ни возьмись, гремя копытцами, набежало целое стадо истошно визжащих джигитов в колышущихся кепках-аэродромах и отметелило Сергея толпой, хорошо ещё, что он уже всё-таки не молодой парнишка и на мифического "скинхеда" ни капли не похож, а то бы и ножиком пырнули для проформы, как у этих животных принято. Понятное дело, что в псевдолиберальных газетах, этих "листках ненависти", про этот "заурядный" случай ничегошеньки не напишут, если уж про двух моих знакомых, в своё время, зарезанных нерусью в разных местах и при разных обстоятельствах, не написали ни слова, то про такую "ерунду" и подавно промолчат, вот, ежели "невинная жертва с Кавказа" пострадала бы от полумифических, неуловимых "скинхедов", тогда да, вой поднялся б несусветный, ведь если русских бьют и убивают, то это-то абсолютно всегда не на национальной почве, а вот стоит случайно задеть плечом какого-нибудь полукриминального кавказца или носителя "доброкачественных генов", то всегда автоматически рассматривается национальная подоплека - вот это и есть либеральный фашизм, когда о русских или плохо или ничего. По-моему, такой коленкор возмутителен! Чего уж там, трудно не заметить, что сейчас в стране существует некоторая этническая напряженность, русские опасаются "понаехавших", непонятных и диковатых, инородцев, а инородцы русское, пока ещё, большинство, которое на них давит со всех сторон своей массой, как говорится, конфликт "Aliens VS Predators"[1] налицо. Но было ли так всегда? То есть, всегда ли существовала напряженность в межплеменных отношениях? Интуиция подсказывает, что да, вероятно, так повелось ещё со стародавних времён, наверное, первые национальные трения случились, когда два соседних племени кроманьонцев, доселе никогда не встречавшие чужаков, охотясь на вкусненьких мамонтов, нечаянно столкнулись нос к носу и наверняка были сильно фраппированы этим первым контактом, начали нервничать, мандражировать, так как неожиданные ситуации всегда выбивают из колеи, вовсю забурлили адреналин и тестостерон, у кого-то первым не выдержали нервишки и, как это часто бывает, этот кто-то попытался скрыть собственный страх за показушным бравированием и агрессией, нахохлися, кинул камень в чужаков или угрожающе замахнулся сучковатой палкой, что и спровоцировало первый межплеменной конфликт, ну и понеслась, галопом, этническая рознь через века и до наших дней. Хотя, кто его знает, как на самом деле всё было, мало ли что в учебниках могут понаписать, историю столько раз переписывали, что особого доверия к ней нетути, лично я со времен сотворения мира не живу и своими глазами далеко не всю историю человечества видел, между тем, я прекрасно помню свои детские воспоминания, те старые добрые времена, когда всё было иначе, чем сейчас и в моей внутренней вселенной, не было такого понятия, как "национальность" совсем. Другими словами, я весь этот разговор затеял, разумеется, не для того, чтобы в очередной раз расписаться в своём "русском великодержавном шовинизме", а только с целью всковырнуть свои воспоминания и посмотреть, что лежит под ними, вспомнить то, когда же я первый раз осознал, что существуют разные национальности, ведь в детстве-то я абсолютно не видел различия между людьми, все вокруг были для меня просто "люди". Чуть позже я узнал о существовании неких "русских", тогда мне казалось, что это что-то навроде синонима к слову "люди", но, увы, спустя ещё какое-то время я узнал, что не все люди - русские, есть и нерусские, про это и сказ. Это произошло, когда СССР ещё не распался на кусочки, но в воздухе уже явственно чувствовался довольно-таки специфический, хотя и бодрящий, запашок свободы, которая вот-вот обещала проклюнуться, высветив страну из мрака "прожектором перестройки". Ориентировочно, мне было где-то 8-9 лет, когда тётя Лена[2], предложила поехать с ней и её сыном Стасом[3], который тогда был совсем ещё малыш, где-то 2-3 лет от роду, "на Юг", в Нальчик. До того момента, я не особенно много путешествовал, разве что, только к бабушке Маше на Украину несколько раз на поезде ездил в город Северодонецк (поездом до Лисичанска, а уже оттуда на автобусе), где, собственно, родился и жил годиков до четырех-пяти безвылазно. Надо отметить, что Северодонецк и сейчас весьма "русифицированный" город, а тогда, во времена СССР, и подавно, так что приезжая к бабушке, я абсолютно не ощущал, что нахожусь, по сути, в другой стране и в какой-то иной культуре, нежели та, к которой я привык у себя в Подмосковье, то есть, эти путешествия "не в счет" и когда мне предложили поехать в Нальчик, то я крепенько призадумался, с одно стороны, было интересно посмотреть на новые места, с другой же, жалко было тратить время летних каникул, ежели вдруг мне не понравилась бы эта поездка. Думал, я думал и, в конце концов, чашу весов склонил тот веский довод, что там, по словам тёти, можно было купить ИНОСТРАННЫЕ ЖВАЧКИ! Ну и, спрашивается, как я мог устоять пред этим убойным аргументом? Я и не устоял! Я обмяк, пустил слюну и согласился. Это сейчас, вес этого довода, кажется, до смешного абсурдным и жвачкой давным-давно никого не удивишь, а тогда, вся наша малышня, готова было душу Дьяволу продать за кусочек резинки под таинственным названием "бубль-гум" и это не такое уж преувеличение. Я, в общем-то, не склонен к бурному проявлению радости, единственный раз, когда я на радостях обнял свою мать, это когда она мне купила как-то раз мою самую первую жвачку "Дональд", с цветным вкладышом внутри, изображающим небольшой скетч на тему одноименного диснеевского мультика. Притягательная сила магических жвачек была настолько велика, что несколько знакомых парней, тайком от родителей, ездили за ними, аж в Москву, для этого надо было пройтись пешочком до Николиной Горы, оттуда этак минут 40 трястись в рейсовом автобусе номер 30 до конечной остановки в Перхушково, после чего садиться там на электричку и ехать тоже до конечной остановки, до Белорусского вокзала, где можно было, если повезёт, купить заветный комочек жевательной резины, то бишь, даже гарантий никаких не было, что если они доедут до места, то обязательно купят "Дональдов", так как торговля импортными жвачками до Перестройки велась полуподпольно, ими торговали, словно лёгкими наркотиками и порнографическими картами, из-под полы. Между тем, этим смелым путешественникам, было всего-то лет по 8-9 и если бы их родители узнали, что их чада мотались одни в Москву, они, думаю, досрочно поседели бы. И были бы абсолютно правы, так как это было реально опасно, не понарошку, причем, не только на самом вокзале ошиваться, беда могла придти и с самой неожиданной стороны. В смысле, чуть позже, когда мы учились в классе 5-6, ребята повадились ездить на Белорусский вокзал уже не за жвачками, которые к тому времени можно было купить и поближе (например, у нас в школе стали учиться армяне, полчища которых приняли близлежащие пансионаты, так как в Армении, в 1988 году, произошло знаменитое Спитакское Землятрясение, полностью уничтожившее город Спитак, разрушевшее Ленинакан, Степанаван, Кировакан и сотни сёл, вот они-то и приторговывали жвачками, которые, вроде бы, достались им в качестве "гуманитарной помощи"), а чтобы поиграть в появившиеся там примитивные "игровые атоматы". И вот, как-то раз, знакомые парни из Горок-10 (с одним из которых, к слову, я очень дружил будучи в пионерском лагере), уставшие, но довольные, возвращались домой, просадив все деньги на "Белке". Ну и вот, встали они на остановку, чтобы дождаться неторопливого рейсового автобуса и тут-то им "повезло", знакомый, добрый дяденька, работавший зоотехником на горковском "Конезаводе номер 1", предложил подбросить их до дому, только места в салоне машины было маловато и некоторым ребятам пришлось залезть в багажник. "Добрым дядей" оказался не кто иной, как сам "Фишер", легендарный маньяк, который замучил и убил их в подвале своего дома. В общем, я даже рад, что не так часто, как хотелось, ездил с ребятами на Белорусский вокзал, а то фиг его знает, что из этого могло выйти... Впрочем, вернемся к жвачкам и Нальчику. Жвачки ценились на вес золота, насколько я помню, "Дональды" стоили рубль, а, допустим, "Турбо", аж все полтора, что по тем-то временам весьма приличные деньжищи. Например, на один рубль раньше можно было весьма сытно отобедать в нашей местной "общественной столовой" (столовой самообслуживания). Ну, значит, встаешь в очередь (народ просто-таки ломился в этот Храм Пищи, паломники выстраивались перед дверями в очередь ещё задолго до открытия святилища), затем, когда заведение открывается, протискиваешься, берешь из стопки чистый подносец и набираешь себе жратвы, какой только душе угодно, ассортимент был богат, сами посудите, первые блюда: солянка, фасолевый суп, рассольник, суп с фрикадельками, борщ со сметаной, суп харчо или зелёные щи с яйцом (щавелевый суп), вторые блюда: биточки, просто котлеты, тефтели политые аппетитной подливкой, мясное рагу, мясные же рулетики, простоватые, но удивительно вкусные сосиски, венские шницеля с гарниром из картошки пюре, вермишели, риса или гречневой каши, а также ко второму блюду, обыкновенно, бралась ещё и тарелочка какой-нибудь закусочки, типа: салата из НАСТОЯЩИХ помидоров и огурцов (а не той фальшивой, пестицидной бяки-буки, что сейчас нагло выдают за эти благородные овощи в торговой сети гадюшников наподобие "Рамстора" или "Ашана"), горочки квашенной капусты, холмика из салата оливье, порции тёртой свеклы с чесноком или даже студенистого холодца игриво украшенного сверху веточкой свежей петрушки, помимо этого, с рубля, оставались деньги ещё на пару пирожков с печенкой или смачных беляшей, несколько кусочков белого или черного хлеба (кусочек хлеба стоил чисто символическую одну копейку), лежащего в нарезанном виде на больших лотках, да ещё и на компот или морс подавшийся народу в стандартных, граненных стаканах из которых раньше любили пить водку, причем, всё это было невообразимо вкусно, пальчики оближешь, объедение (!!!), сколько времени прошло, но, честно говоря, никогда и нигде больше, я так вкусно не кушал! Выйдешь из столовки, даже ходить тяжело, до того объелся, сядешь на лавочку неподалеку от столовой и сидишь, блаженно прищурившись, этакий разморенный и розовощекий, смотришь на жирных, воркующих голубей и таешь от неги. Просто "парадиз" какой-то! Я, разумеется, сразу же, как было твёрдо решено лететь в Нальчик (Нальчик, к слову, по-балкарски обозначает "подковка", вроде бы, такое название из-за гор, которые огибают сей город "подковой"), похвастался перед друзьями-товарищами, дескать: "лечу на юг, за жвачками" и все почтительно к этому отнеслись, Илюха Шаронов, впечатлившись заманчивыми перспективами, выпросил у родителей красненький "червонец", дабы я купил ему блок волшебных "Дональдов" (в блоке - 10 шт.), на что я милостливо согласился. Долго ли, коротко ли, но вот мы и собрались в дальний путь-дорогу. Пришлось лететь самолётом, причем, не до самого Нальчика, ибо там не было аэропорта, а то ли до Минеральных Вод, то ли до Пятигорска, я уже точно и не помню, а уже оттуда пиликать на машинке в искомое место отдыха. Я летел на самолёте в первый раз в жизни, до этого передвигаться на большие расстояния мне приходилось исключительно поездом, помню лишь, что у меня уши сильно заложило и я не мог какое-то время нормально слышать. На месте, нас встретил знакомый тёти Лены, здоровенный, рыжебородый мужик, настоящее имя которого, увы-увы, я начисто позабыл, поэтому, пожалуй-ка, выведу его под гривуазным псевдонимом "Алладин". Он, между тем, весьма любезно, с истинно кавказским гостеприимством, вызвался нас ненавязчиво опекать. Добравшись, наконец-то, из аэропорта в Нальчик, мы остановились в добротной гостинице, по-моему, где-то в районе центра города, возле какого-то чугунного памятника местным героям. Судя по всему, этот Алладин был крупным местным авторитетом, настоящим "козырным тузом", так как нас, несмотря на то, что мы предварительно не бронировали номер, вселили в "люкс", то ли за половину цены, то ли вообще за бесплатно, я-то сам, ясное дело, ни за что не платил, поэтому ничего сказать наверняка по этому поводу не могу, но что-то этакое припоминается. Отгадайте, что я сделал в первую очередь? Как вы, наверное, уже догадались, первым делом, я побежал на улицу и купил, прямо перед гостиницей, у цыган, вожделенные "Дональды", из-за которых, главным образом, и приехал... Но не жвачкой единой, сыт человек. Быстренько закончив со своим немудреным шопингом, все остальные дни отдыха, коих набралось не так уж и мало, я посвятил насыщенной культурной программе. Где мы только не были, что мы только не делали, чего мы только не видели! Мы катались на канатной дороге в зловеще поскрипывающих кабинках над головокружительной пропастью, ходили купаться на какое-то мутное озеро в котором наверняка водились кишечные палочки (там я случайно подслушал разговор каких-то отдыхающих, которые говорили о том, что у их самолёта загорелся один из двигателей и когда мы летели обратно, то я был порядком "на измене"), а также выбирались в горы на шашлыки по приглашению Алладина. Горы мне запомнились, прежде всего, своей мрачностью, не знаю, может просто такая погода была неудачная для прогулок или ещё что-то, но эти массивные каменные глыбы вокруг, оставили самое гнетущее впечатление. Понравилось лишь, купаться в тёплом источнике. Представьте себе, рядом течет какая-то бурная горная речушка с прямо-таки стремительным течением, в такой речке не поплаваешь, тебя просто, как только ты в неё плюхнешься, тотчас куда-нибудь метров на сто за одну секунду отнесёт, к тому же, вода страшно холодная, почти ледяная, и вот возле этой необузданной, строптивой речки, всего-то в метрах пяти, небольшой водоём метров шесть на шесть не больше, в котором удивительно тёплая вода, почти, как парное молоко, вроде бы, это какой-то "лечебный источник", не знаю точно, чем уж он эдак полезен, но я огромным удовольствием в нём поплескался и немного поплавал "по-собачьи", довольно фыркая. А потом, всласть побултыхавшись, мы подошли к биваку Алладина, который со своими краснолицыми корешами, забил пару бедных барашков и неторопливо делал шашлык, попивая что-то из бурдюка и разговаривая с товарищами о чем-то на своём ломком, потрескивающим, словно помехи в эфире, "птичьем языке". Я попробовал кусочек, но мне страшно не понравилось и я отказался есть этот невкусный шашлык, а чуть погодя, когда я совершенно случайно узнал, что для этого шашлыка они зарезали живых, трогательных, барашков, которые так мило блеяли, пока мы добирались сюда в горы, я сильно расплакался и горцы тряся бородами, сильно смеялись надо мной. Злое эхо их хищного клёкота, глуховато носилось в ущельях, вместе с ветром. В общем, я до сих пор не ем баранину, в ушах, так и стоит, предсмертный хрип бедного барашка. В небольшом ресторане, который находился в гостинице, особенно жрать было нечего, да и дороговато три раза в сутки, каждый день, питаться в ресторане, помимо того, там постоянно лихо выплясывали свои дикие пляски пьяные в драбадан горцы с кинжалами в зубах (а иногда, они даже антикварными на вид саблями размахивали), посему мы пошли на рынок, дабы закупиться какой-нибудь снедью годной для "белых людей". Видимо, по ихним, горским, понятиям, сопровождать нас на рынок Алладину было не к лицу, поэтому он попросил свою иссиня-черноволосую сестру нам помочь. Кажется, сестру Алладина все на рынке хорошо знали и лебезили, заискивающе и подобострастно ловили каждый её жест, складывалось такое ощущение, как-будто она барыня, которая случайно заскочила на толкучку к своим холопам. Мы купили две увесистые, спелые дыни всего за один рубль (!), тётя Лена, долго удивлялась и несколько раз переспрашивала: "Один рубль? Всего один рубль?", старичок продавец ощерив пасть в улыбке, ретиво кивал головой и утвердительно мычал: "Да. Да, один рубль." Мы долго ходили между рядов в поисках свинины, но её почему-то нигде не было, тогда тётя недоуменно спросила у сестры Алладина: "А что это у вас свинина нигде не продаётся?", на что та ответила, почему-то сильно покраснев, в явном смущении: "Мы, мусульмане, не едим свинины", но пошушукавшись с каким-то типчиком, специально для нас, откуда-то из-под прилавка была извлечена на свет Божий пара пыльных банок вкусной свиной тушёнки. Да уж, мусульмане - не едят свинины, а я вот не ем баранину, к чему бы это? На отдыхе, приходилось много ходить, а я тогда был довольно-таки небольшой, мускульная масса ничтожная (хотя, в детстве, в общем-то, быстро растёшь, иногда всего за одно лето на целую голову ввысь вымахиваешь и разница в один год в детстве очень значительна, то бишь, четырехклассники значительно крупнее, чем третьеклассники), поэтому я бывало сильно уставал и тогда было весьма приятно завалиться на койку в номере, отдыхая и читая "Незнайку в Солнечном Городе" (мне кажется, что "Незнайка на Луне" в сто раз круче). Впечатленный интересным пересказом тёти Лены, которая до того ходила вечером с Алладином смотреть какой-то иностранный видеофильм в одном из только-только появившихся тогда полулегальных видеосалонах (у нас в Соснах такой салон появился только года через три-четыре), я тоже активно запросился посмотреть какой-нибудь фильм. Не выдержав моего капризничанья и надоедливого лепета, она повела меня знакомиться с голливудским кинематографом, Стаса же мы оставили на пару часов в номере одного, он всё равно, притомившись, забылся глубоким дневным сном. Немного помыкавшись и побродив, мы нашли видеосалон, выйдя на него прямо перед началом очередного киносеанса. Купив билеты, мы не особенно представляли, что за фильм нас ждёт, главное, что "иностранный", а всё иностранное раньше было синонимом "хорошее", ну или "очень хорошее". В небольшую комнатушку, набилось очень много горцев, от них сильно воняло потом, прогорклым жиром и ещё фиг знает чем. Всем стульев не хватило, поэтому некоторым пришлось стоять прислонившись к стене. Потушили свет и началось кино. Причем, кино-то не простое, а ужастик под названием "Попутчик" с Рутгером Хауэром, который блистательно сыграл кровожадного маньяка. Страшный фильм, много-много кровищи, я такого раньше никогда не видел, но фильм - это ладно, куда страшнее было то, что творилось вокруг. Спёртый воздух каморки видеосалона, казалось, звенел от напряжения, глаза кавказцев зловеще поблескивали фосфором в полумраке, все смотрели не на экран, а на нас, смотрели, словно голодные животные, волки, которые, как будто уже напряглись перед прыжком и вот-вот набросятся на нас, раздерут в клочья и жадно давясь, сожрут. Я почувствовал себя беззащитным, маленьким кроликом, которого со всех сторон обступили огромные, страшные волки, свесившие красные языки с которых стекают ручейки слюны. По всей видимости, это был не тот случай, когда "у страха глаза велики", тётя Лена тоже почувствовала что-то недоброе и взяв меня за руку, шепнула, что надо сматываться и мы не дожидаясь окончания фильма поскорей оттуда убежали. В общем, на следующий день, после этого неприятного случая в видеосалоне, нам уже надо было улетать домой и я, честно говоря, не очень-то переживал по этому поводу. К тому же, к тому времени все мало-мальские достопримечательности были осмотрены, денежки "прожеваны" и даже все вкладыши из-под жвачек я у маленького Стаса выиграл, путем мелкого мошенничества. Алладин подвёз нас на машине до аэропорта и так как наш самолёт почему-то надолго запаздывал, он сидел с нами в "зале ожидания", болтая с тётей Леной о всякой чепухе. В частности, его отчего-то пробило на тему рассказов о том, что Кабардино-Балкарии нужно обязательно отделиться и стать самостоятельным государством, на простой и несколько наивный вопрос тёти Лены: "А зачем вам независимость?", он запальчиво заворчал: "Ну, как ещё зачем? У нас всё своё есть, нам Москва больше не нужна. Заживем припеваючи"[4]. Заметив, что я внимательнейшим образом подслушиваю их разговор, любознательно вознеся ушки на макушку, Алладин сунул мне в руку целых 10 рублей (на эти деньжищи десять дней можно в столовке было кушать или блок "Дональдов" купить!), прокряхтев: "Бегите-ка, ребята, в игровые автоматы поиграйте. Эй, Олег, только Стасу обязательно давай поиграть тоже". Я, утвердительно покачал головой, дескать, "ага, конечно же, дам"... Степенно удаляясь к игровым автоматам и держа Стаса за руку, я краем уха услышал, как Алладин, в ответ на причитания тёти Лены: "Зачем так много денег дал?", пробасил: "Да, пусть себе играются, а то, Лен, я не могу при нём говорить, у него же глаза слишком умные..." - ну, как вы поняли, это он про меня так сказанул, не знаю, какие у меня глаза, но я вот запомнил эти слова и он всё-таки правильно отослал меня подальше, ежели хотел приватности, так как я бы любой разговор, коли бы он оказался, хотя бы сколько-то интересным, наверняка бы запомнил. Думаю, что этот Алладин вовсе не дурак и хорошо разбирается в людях, я тоже заметил, что, глаза очень важный орган человека, через глаза людей можно проникать к ним в душу и читать её, как раскрытую книгу, надо только уметь это делать, к примеру, когда я с кем-нибудь разговариваю, то по началу старательно не смотрю прямо глаза в глаза, но в то же время, не опускаю взгляда вниз, отводя его и, тем более, мои глаза никогда не бегают воровато по сторонам, просто-напросто я смотрю дурашливо, как-то этак расплывчато и ненавязчиво, не сильно фокусируя взгляд, а потом, в какой-то момент, ра-а-аз, и неожиданно, навожу резкость на своих окулярах до предела, проникая своим "умным взглядом" внутрь собеседника, через его глазки, смешно, но частенько люди, что называются, "теряются", и их стройная речь обрывается на полуслове, как будто бы в их голосовых магнитофонах зажевалась кассетная пленка. Вот такой вот я страшный кролик. Кролик с "умными глазами", поедающий на завтрак волков. Беги волк, беги! И не оборачивайся. За спиной никого нет, лишь твоя тень. [1] - Для тех, несчастных, у кого совсем никудышно с "басурманской" речью, специально поясняю, что "Aliens VS Predators" по-русски - это "чужие против хищников", а уж смысл шутки объяснять не буду, увольте. Ничего нелепее нетути, чем объяснять собственную шутку, если её не поняли. [2] - Ну, что и говорить, она-то ко мне всегда очень хорошо относилась, как, впрочем, и все остальные столь многочисленные сёстры и братья родителей, все со мной сюсюкались, нянчили и всячески баловали (портя, тем самым, мне характер и успешно делая из меня капризного, эгоистичного человечка), так как я, типа, "самый старший", а потом, когда у них у всех свои детишки появились, то, понятное дело, ко мне все немножечко поохладели. Ещё, именно тётя Лена, придумала мне имя "Олег" в честь какой-то известной в 1978 году эстрадной звезды. А также, во многом благодаря ей, у меня проснулся интерес к таинству Литературы, проснулась любовь к забавным букашкам букв, так как ещё будучи дошкольником и не умея читать, я, помнится, так впечатлился чудесной книжкой "Питер Пен" (про мальчика, который не хотел взрослеть), что конкретно доставал охрипшую от чтения вслух тёту, канючя, я плаксиво упрашивал её: "Прочитайте ещё одну страничку, пожалуйста, тёть Лен", на что она дюже притомленно отвечала: "Олег, я уже устала тебе читать, сколько можно? Отстань, наконец, хватит ныть, вот приставучий какой", но я, в конечном итоге, её уламывал ещё на одну страничку, затем ещё на одну и ещё, ибо эгоисты люди настойчивые, как дятлы, в достижении своих пожеланий. В то же время, тогда-то я и понял, что для того, чтобы не от кого не зависеть, нужно поскорей выучиться читать самому, что я вскоре и блестяще проделал, превратившись в запойного читателя. При помощи прочитанных книг, а также жизненного опыта, я и сформировал своё мировоззрение, которым обладаю на сей момент времени. [3] - К слову, из всех двоюродных братьев и сестер, пожалуй, именно со Стасом у меня наиболее тёплые, дружеские отношения, возможно, потому что он относительно постарше других братанов и нам всегда есть о чем поговорить без экивоков, так как есть множественные общих точек соприкосновения в интересах. Вместе бухали много раз, что тоже сближает. Вот, нашел старую фотографию "в тему", правда качество совсем хреновенькое, у нас там рубашки одинаковые, только у него в розовых тонах, а у меня в салатовых (ну это, как известно, мои любимые цвета, вот я такой гардероб себе и подбираю, хотя, существует стереотип, что это, якобы, "не мужские цвета", поэтому вещи любимых расцветок трудно найти, но иногда попадаются прямо-таки "конфетки", к примеру, попались мне как-то раз чудесные розовые спортивные штаны фирмы "Lacoste", я так их любил, так "заносил", что они из сочно розовых превратились в бледно-розоватые, почти белые), да и подъезд с тех пор очень сильно изменился после своеобразного "евроремонта", давно нету уже никаких дурацких надписей, поставили домофон и алкоголики больше не забредают в подъезд, дабы пописать в мусоропровод, короче, всё более-менее цивилизованно, хотя, гетто у нас ещё то, особенно на контрасте с рублёвскими готическими замками, которых в округе полным-полно. [4] - Кстати, это весьма архетипичная логика для представителей, так называемых, "национальных меньшинств" России, у них логика потребителей, которые хотят всего и бесплатно, якобы, мы, русские, всем что-то должны, всем чем-то обязаны, а они, понятное дело, ничего нам не должны, наверное, у них даже мыслей таких не появляется никогда, что они чем-то обязаны нам, русским, которые облагородили полудиких жителей аулов благами своей, если и не передовой, но достаточно-таки высокой цивилизации. Впрочем, удивляться "чёрной неблагодарности" горских народов не стоит, такова уж психология паразитов, паразитизм - это потребление чего-либо за счет других, это свойственно ихнему природному естеству, поэтому паразиты воспринимают свой паразитический статус, как нечто должное, само собой разумеющаяся и естественное. Эх, что и говорить, диковаты наши кавказцы, не чукчи, конечно ж, но и не, скажем, персы, вот, к примеру, построили русские город Грозный, возведя Храмовище Культуры посреди тамошней беспросветной дикости и шайтаноборчества, дабы самим зажить, ну и заодно приобщить чеченских варваров к сладости цивилизации, но толку-то, прогнали вот горцы русских в Первую Чеченскую, а сами-то работать не мастаки, видите ли, "не вайнахское это дело", привыкли за века, что заботливые русские добряки кормят их с ложечки и подтирают салфеточкой их вострые клювики, поэтому, возможно, они, получив независимость, и поставили на конвейер добычу русских рабов, которой и раньше баловались, но не в таких масштабах, в общем, вполне справедливо, что во Вторую Чеченскую ихнюю невнятную независимость отменили, упразднив. Эта сюрреальная чеченская "государственность", с их дурацкими шариатскими судами и прочими дикими несуразностями, почему-то вызывала у меня ассоциации с книгой "Повелитель мух" Уильяма Голдинга, то есть, они вели себя, как "неведающие, что творят" злые и жестокие дети попавшие на необитаемый остров, и без присмотра взрослых, совершенно ошалевшие, так как они не привыкли к полной свободе, не привыкли к тому, что за ними никто не присматривает, не помогает и надо самому себя всем обеспечивать, поэтому они пошли самым лёгким путем, вместо того, чтобы копать картошку, они нарыли по всей "Ичкерии" зинданов, в лунки которых посадили русских, которые умеют сажать картошку - это, с одной стороны, логично, но мне, как русскому, этот вид паразитизма, то бишь, насильственного паразитизма, особенно омерзителен, ибо меньше всего на свете, я хочу сидеть в зиндане и вкалывать на какого-нибудь самоупоённого, спесивого дикаря с мозгом мокрицы. В который уже раз поражаюсь прозорливости и смекалке, того мудрейшего человека, который надумал объединять горячих кавказских парней, говоря иносказательно, в "гомосексуальные пары", то есть, спаривать народы, как то: Кабардино-Балкария, Карачаево-Черкесия, Чечено-Ингушетия - в этом была своя высшая логика, поэтому раньше и не было широко распространено русское рабство, ибо в таких парах есть доминирующий народ "хозяин" и подчиненный народ "слуга", другими словами, более агрессивные и многочисленные чеченцы могли спокойненько паразитировать на своём "братском" народе, но когда ингуши немного окрепли и их брак с чеченцами распался, это один из факторов, который привел к войне, не главный, конечно, но и преуменьшать его не стоит, ибо паразиты, по-любому, не могут обходиться без носителей, к которым они устраиваются промеж лопаток и сосут жизненные соки. К слову, в Республике Кабардино-Балкария доминирующий народ - это кабардинцы, реальная власть, все основные рычаги власти именно у них, а балкарцы у кабардинцев мальчики на побегушках, "шестёрки". Их, разумеется, жалко, но лучше пусть паразиты сидят у них на плечах, чем на наших. Сопящие ёжики в ночи, сопят non-fiction и не только, вернее, не сколько Когда-то галок поп пугая, В кустах заметил попугая, И говорит тут попугай: "Пугать ты галок, поп, пугай. Но только галок, поп, пугая, Не смей пугать ты попугая! Как известно, шкура взрослого гиппопотама толще носорожьей, хотя, допускаю, что многим читателям это утверждение не покажется таким уж очевидным и хоть как-то обоснованным, так как вы не видели этих шкур собственными глазами, не трогали их своими руками и не могли сравнить одну с другой, да и вообще плохо себе представляете, как эти самые шкуры выглядят реально, поэтому можно просто поверить этому утверждению или нет. За один только день мы встречаемся с таким "выбором веры" (верить - не верить), множество раз, причем, я имею в виду взрослый возраст, а в детские годы, учась в школе и поглощая экспресс-методом чудовищное количество новой для себя информации от которой порой раздувается голова и мысли заплетаются, словно ноги пьяного, косолапого матроса, поскользнувшегося на банановой кожуре, такой выбор приходилось совершать гораздо чаще, впрочем, как правило, мы, хотя у нас и есть выбор, в охотку верим абсолютно всему, что есть в учебниках, но это-то, конечно же, не совсем верно, пожалуй, верить можно только "точным наукам", да и то, весьма относительно и выборочно, с поправкой, что далеко не всё ещё охвачено, охомучено, в этой области, и пространство для маневра, для новых теорий и открытий, неосязаемо огромно, а вот, "гуманитарным" финтифлюшкам стоит доверять очень осторожно, точнее, соприкасаясь с ними надо постоянно излучать скепсис, дабы не попасть в просак. Что из себя представляет заурядный учебник "истории", можно приблизительно понять, например, ежели всё-таки набраться смелости и познакомиться с учебниками по "истории" в бывших республиках СССР. По факту ознакомления, становится отчетливо видно, что если с "древней историей" особенных разночтений нетути, она как-то более-менее "устоялась", "утряслась" во всем мире, то относительно "современная история" преподающаяся в бывших советских республиках сильно разнится меж собой, причем, подчас давая абсолютно взаимоисключающие трактовки одних и тех же событий, а то и вовсе исторические курьёзы попадаются, наподобие того, что Грузия, видите ли, была захвачена Россией насильно, а войну у Наполеона, оказывается, выиграла Украина, то есть, просто-таки целый "парад оле" различных альтернативных историй и это ни капельки не смешно, самое печальное, что вспоминая себя в молодости, лично мне кажется, что детишки с легкостью поверят всему тому, чего бы там только не понаписали в учебниках и из этих детишек вырастут люди с изменённым представлением об реальной истории[1]. Да, конечно же, в "теорию квадратной Земли", навряд ли, кто бы поверил, даже если во всех фильмах, мультфильмах, картинах и учебниках, всегда и везде, Земля подавалась б исключительно квадратной, но эта антинаучная ложь, на мой взгляд, долго по-любому не продержалась и была бы разоблачена, думаю, что всё-таки какой-нибудь особо ушлый, башковитый человечек наверняка рано или поздно додумался бы, глядя на круглое Солнце и на круглую, полнотелую Луну, что: "А почему они круглые, а Земля вдруг квадратная? Быть может, она тоже круглая, как и они?", ну и воодушевленный этими размышлениями подвел бы под свою теоретическую догадку научную базу, благо, что Земля действительно круглая и это доказать гораздо проще, чем то, что Земля квадратная. Однако, вернёмся к тому с чего я начал. Про то, что "шкура взрослого гиппопотама толще носорожьей" я вычитал в какой-то напрочь позабытой мной ныне книжке про африканских туземцев, они делали из этих шкур себе щиты, которые помогали защищаться им от ядовитых стрел и там отмечался этот факт про разницу в толщине шкур, но является ли он правдивым и как дело обстоит в реальной жизни, я, разумеется, не знаю доподлинно, так как никогда не бывал в знойной Африке и не мог ознакомиться со шкурами на месте, но я почему-то поверил сему, ибо почему бы и нет? Звучит-то, вроде бы, очень правдоподобно. Можно будет теперича при случае, шикануть этим новым знанием, ввернув, как бы этак невзначай, ненароком, в дружеском разговоре: "То, что вы говорите, братцы, полная ерундовина, а знаете ли вы, дорогие мои, что шкура взрослого гиппопотама толще носорожьей, а?". Все, наверное, сразу ахнут, проникнутся моим могучим интеллектом и уважительно закачают головами в почтении, дескать, "о-о-о, какой он умный, вот оно как оказывается-то, шкура взрослого гиппопотама толще носорожьей, кто бы мог подумать, а ведь у носорога такой большой, пугающий рог, он куда страшнее гиппопотама, но шкура у него тоньше, ну и дела, век живи - век учись". Вот так-то вот и расползётся потихоньку сакральное знание о шкурах среди народных масс, на манер вирусной инфекции, передающейся воздушно-капельным путем. Но вдруг, через какое-то время, окажется, что это утверждение ложно? Ведь никакой твёрдой, абсолютной уверенности в том, что всё так и есть на самом деле нет, есть только вера в это. Понимаете, о чем я толкую? Слишком многое в нашем Мире держится на вере и неверии (я не имею ввиду всего лишь проблему веры в Бога, это не так, в том-то и дело, что, по-моему, Бог везде, Бог кроется в деталях, во всех деталях до одной, всё вокруг - это разные детали одного Бога, из веры в отдельные детали, вырастает вера в Бога, ну, или не вырастает), все вокруг густо переплетено этими расплывчатыми симулякрами, готовыми под давлением внешних[2] и внутренних[3] информационных полей перетекать из состояния неверия в веру и обратно, очень мало вещей незыблемых, неперетекаемых, истинных, которые являются именно тем, что собой реально представляют и мы точно знаем, что же они такого собой представляют этакого в своей истинности. Вот, внезапно, вдруг подумалось, до чего же наш мозг всё-таки мощная штуковина, что может справляться с такой прорвой разных сложнейших операций, выполнения которых мы часто даже не замечаем, так как они сами по себе решаются где-то там в бессознательном, ненавязчиво, эдаким фоном. Да уж, наш мозг удивительная вещица, к примеру, в головном мозге человека всего лишь за одну секунду происходит, аж 100.000 химических реакций (!), поэтому у меня мой мозг ассоциируется с этаким биореактором, чем-то необыкновенно энергетически мощным. Жалко только, что с возрастом этот идеальный "механизм" подвержен неминуемому разрушению (ну, так уж мы, люди, устроены), то есть, с самого момента рождения в мозгу любого человека уже существует 14 миллиардов клеток, и число это до самой смерти, увы, не увеличивается[4], напротив, где-то после 25 лет, количество клеток стремительно сокращается на сто тысяч в день. К примеру, за одну минуту, потраченную нами на чтение страницы книги, умирает около 70 клеток (мне кажется, что смерть каждой клетки мозга - это трагедия, а такой порядок, как сто тысяч в день - это уже геноцид какой-то, мозговой "холокост"). Но и это ещё не всё, после 40 лет деградация мозга резко ускоряется, а после 50, так вообще кошмар, нейроны (нервные клетки) у-сы-ха-ют и сокращается объем мозга, бр-р-р. Короче, тихий ужас, действительно, старость - не радость, вовсе неудивительно, что старые люди иногда какие-то "тормозные" и странноватые, это закономерно, ведь с их мозгом далеко не всё в порядке, мозг вянет, словно пожухшее яблоко, сморщивается, рыхлеет и появляется коричневая тухлинка... Эх, ёлки-палки, что-то дюже не хочется стареть, мне не столь страшна грядущая со старением телесная дряхлость, сколь то, что мой разум значительно потеряет в ясности мышления, и получается, что я лишусь части своего ума, а ум-то и есть я, я - это моё сознание и если я потеряю часть себя, это, конечно, жуткая перспектива о которой не хочется задумываться, спрятав голову в песок. Не хочется стареть, но ведь когда-нибудь всё-равно придется, когда-нибудь мой бедный, страждущий мозг усохнет и превратится в этакий заплесневелый сырок, надо будет к тому времени его хорошенько разработать, "прокачать" извилины, чтобы они стали "мускулистыми", дабы на старости лет не выглядеть совсем уж дурак-дураком, заливающимся безумным смехом с пеной у рта и агукающим, аки неразумное дитя теребящее в лапке гремящую погремушку. Между тем, мне-то уже больше 25 лет и, значит, в моем мозгу прямо сейчас, пока я пишу этот текст, умирают клетки мозга, вот постарался прислушаться к тому, что там у меня в голове творится сейчас и чего-то там такое, знаете ли, "стрельнуло" и аж холодок пробежал по спине. Страшно... Сделав полный виток, да простят меня читатели за немножечко двусмысленную метафору, мы снова упираемся своим передком в задок вопроса веры, но под несколько другим углом, углом литературным. Из-за чего мне нравится постмодернизм, это из-за его ненавязчивости, не выставления ярой проблемы выбора между верой и неверием, то есть, если постмодернизм, то это обязательно что-то ненаучное, это не скучный, суховато изложенный, школьный учебник в который нужно лишь тупо верить, верить, верить и верить, не особенно утруждая мозг выбором и позёвывая от скуки смертной, нет, постмодернизм никого ничем не обременяет, он лёгкий и воздушный, как правило, имеющий единственную сверх-цель, развлечь читателя любым способом, желательнее как-нибудь позаковыристей, дабы развлечь и удивить читающего, и для этого все средства хороши, например, как экспромтный многослойный эпатаж, так и интеллектуальная игра с известными симулякрами, высвеченными под необычным углом (если под обычным углом, то это скучно, да и не постмодернизм вовсе, а, скорее, учебник по алгебре или брошюра по сборке "шведской стенки"). К глубокому моему сожалению, постмодернизм уже давным-давно, лет шесть-семь, как вышел из моды и его не ругает, только особо ленивый индивидуум, как это и не смешно, выйдя из моды постмодернизм, однако, всё-таки остался на вершине дискурса, так как стало модным его ругать, и что самое забавное, ругающие постмодернизм, как правило, пользуются для его "разгрома" постмодернистские же приемчики, то бишь, никакой особой разницы между постмодернистами и антипостмодернистами не наблюдается, как говорится, постмодернизм мёртв, да здравствует новый постмодернизм! В общем, такого рода антики для постмодернизма не опасны, ибо постмодернисты и их, якобы, "антагонисты", едят один и тот батон колбасы, просто их челюсти работают с разных сторон батона. Куда опасней для священного дела постмодернизма, внутренние враги, оборотни от постмодернизма, которые выдают себя за тех, кем на самом деле вовсе не являются. То есть, на определенном этапе, когда это было ещё модно и почетно, в дружные ряды постмодернистов затесались корыстолюбивые людишки, которые называли себя "постмодернистами", но в действительности они не имели к благодати учения постмодерна ровным счетом никакого отношения и лишь прикрывались добрым именем этого литературного течения, творя под его покровом разную деструктивную "чернуху", вместо изящного, интеллектуального, созидающего постмодернистского начала в их, с позволения сказать, "творчестве", преобладали сплошные угрюмые деконструкции, аляповатая текстуальная расчленёнка и прочее низкопробное, филистерское, моральное разложение (разница между нормальным человеком постмодерна и оборотнем неправильно понимающим суть постмодернизма, как между тонким, чёрным стёбом и просто тупым, злобным глумлением, то есть, несмотря на некоторую схожесть подходов, разграничение всё-таки вполне просматривается, как в интеллектуальной составляющей, так и в эмоциональном заряде), что, собственно говоря, и вложило в руки критиков постмодернизма тот заостренный, убойный аргумент, что постмодернизм, якобы, это удел одних неудачников, маргиналов и моральных уродов. Вот так благодаря оборотням разложенцам, была сильнёхонько подпорчена безупречная до того репутация постмодерна, из элитарного, мейнстримного, обласканного кастой интеллектуалов и простыми потребителями, литературного течения, постмодернизм скатился на самое дно, ниже некуда, превратившись в сущую парию, став в одночасье всеми гонимым андеграундом, сирым и убогим, который считает своим долгом пнуть лапкой каждый завалящийся шакалище, шакал и даже шакалёночек. Ниже опускаться некуда, значит, движение возможно только вверх, надо подниматься со дна и стряхнуть с себя всю грязь, что налипла при падении, главное, не сорваться при подъеме и не кувыркнуться назад вновь. Впрочем, падения не так страшны и их не надо сильно бояться, так как постмодернизм бессмертен, шанс на новую попытку подняться будет всегда. То есть, по-моему, как бы его не шпыняли разные злобствующие недотыкомки, постмодернизм вечен, ибо, хотят этого окололитературные стервятники, критиканы или нет, но самый обыкновенный человеческий сон всенепременно нужно отнести именно к этому чудесному, многогранному жанру. Сны приходят к нам выныривая из ниоткуда, обычно, мы смотрим сон, как бы не с самого начала, просто материализуемся из тьмы бессознания и двигаемся согласно какому-то сюжету, помимо того, часто сны не имеют логического завершения, обрываясь также внезапно, как и появились, по своей метафизической структуре и странной сюжетной канве, как правило, они представляют собой чистой воды постмодерн. Вот, сами посудите, буквально давеча, мне был ниспослан свыше удивительный сон и я его по-быстренькому, с утречка пораньше, тщательнейшим образом запротоколировал, дабы не забыть, причем, я старался записать его, как можно более целокупнее и точнее к оригиналу, поэтому этот текст лишен моих обычных стилевых завитушек и сухо документален, так как я ничего не выдумываю, а только скурпулезно записываю то, что сам видел, ведь я не ради красоты этот сон привожу, отнюдь, а лишь для того, чтобы подтвердить на примере свой тезис о том, что сны являются чистейшим постмодерном; ничего особенного в нём нету, он ценен, прежде всего, как архетип и поэтому нагляден. Сюжеты у снов, разумеется, всегда разные и они не похожи друг на друга точь-в-точь, но все они объединены в один жанр, в визуализированный постмодерн, так, к слову, наверное, должны были б, в идеале, сняты фильмы по постмодернистским опусам, то бишь, так, как мы видим сны. Так вот. Я познакомился в метро с какой-то донельзя жеманной, чопорной и самодовольной девушкой, этакой всячески припухлофигурой, но не шибко жирной, по профессии она была "пиарщица", она спросила у меня: "Как, говорите, ваша фамилия?", я бурчу: "Синюков", а она, как показалось, неодобрительно: "А Синюков, как же, как же, знаю такого", тут я добавил: "Олег", а она, сразу подобрев: "А Олег, это хорошо, я другого имела в виду", после чего, бесцеремонно приобняв этак "за талию", она увлекла меня за собой сквозь толпу людей у метро. Вот мы, значит, идем куда-то по улице, неизвестно куда и зачем, а мне страшно неудобно, мне неловко оттого, что меня женщина вот так вот панибратски, как-то, пожалуй, даже по-мужски, обнимает за талию, ну я решил её в ответ приобнять, сходным образом, хорохорясь - "что я не мужик, что ли". В общем, целенаправлено сую свою руку, приобнимаю эту своенравную женщину, а она, фигакс, отцепляет мою руку, дескать, "тебе меня обнимать не положено", ну я, фыркнул, рассердился, и убрал от себя её руку тоже, так сказать, "тебе, тем более, милая". Потом, говорю, кивнув в сторону какого-то ресторана с красочной, восточной вывеской: "Ну что, голубушка, в ресторан зайдем?", на что она сухо ответила, не сбавляя скорости и дробно цокая копытцами каблучков: "Нет", - сказала она, как отрезала. Короче, я плюнул на строптивицу, подумав: "да, пошла она к черту", абсолютно непонятно, чего она ко мне вообще пристала в метро, и оставив её шагать далее, куда она там шагала, я торопливо перебежал на другую сторону улицы. А там, знаете ли, вдоль дороги, росли какие-то неопознанные мной лиственные деревья с пышными макушками. Сделав с десяток шагов, я увидел, как впереди меня, в шагах эдак в пяти-шести не больше, откуда-то из кроны дерева, на дорогу свесилась, грузно бухнувшись об асфальта исполинской мордой, огромная анаконда. Её тело было шириной где-то в два раза толще меня, ей-Богу, а истинной её огромной длинны, я даже себе до конца не представлял, ибо она свесилась вниз, с дерева, и полностью её видно не было, но то, что было видно и без того внушало трепет. Я, конечно же, страшно испугался, ведь это было так неожиданно, вроде бы, до этого ключевого момента сон был весьма вялотекущий, пожалуй, его можно даже назвать "легкомысленным", без всяких мало-мальских погонь и полётов по воздуху наперегонки, абсолютно ничего настораживающего, тишь да благодать, а тут вдруг резко, "бац" с дерева вниз, да ещё ТАКОЕ! Я, резво повернувшись, попытался убежать, весь трепеща от нахлынувшего адреналина, но успел сделать всего только пару скачков, как стремительно взметнувшаяся с асфальта анаконда, врезалась в меня своей огромной головой или, быть может, даже проглотила меня живьем, трудно сказать наверняка, что именно случилось, ибо сразу после того, как её голова коснулась моей спины, между лопаток, я сразу же проснулся. Кстати, небольшое наблюдение, в связи с этим: я подметил, что это всегда так, когда меня условно "убивают" во сне, ну там: "кто-то в меня стреляет из пушки", "мне отсекают голову" или "кидают в меня маленькой, портативной ядерной бомбочкой", всё это получается, как бы "понарошку", то бишь, своей логичной, выходящей из логики сюжета сна, "смерти", я никогда не вижу, в смысле, когда случается малейший контакт меня с тем, что меня, по идеи, должно было бы убить насмерть, я просто-напросто сразу же просыпаюсь. Ну, я это не к тому рассуждаю, что мне так уж интересно узнать, что же находится по ту сторону жизни, разумеется, нет, я просто подмечаю фактик над которым надо будет поплотнее поразмышлять, пока же у меня возникла "рабочая версия" толкования сего феномена: мы не видим своей смерти во сне из-за того, что наш мозг не может представить себе, как это должно правдоподобно выглядеть и не может сгенерировать данный образ в сознании, ведь опыта настоящей смерти у нас нет, поэтому мы и не можем себе вообразить, как это могло бы правдиво выглядеть, в связи с этим, когда во сне происходит условная "смерть", то наш мозг не найдя в своей картотеке памяти нужной "картинки", дабы подставить нам её в следующем кадре сна, просто замыкается, стопорится, и мы просыпаемся, живые и здоровые - это с одной стороны. С другой же, быть может, в тот самый момент, когда мы должны увидеть во сне свою смерть, срабатывает некий психологический предохранитель, которые не даёт нам этого наблюдать для нашего же блага, иначе увидь мы смерть, то это было бы последнее, что мы увидели в своей жизни. В общем, есть над чем поразмыслить. Тем временем, я столкнулся на очной ставке с одной не простецкой морально-этической дилеммой и мне требуется порассуждать об этом, дабы четче сформулировать свои мысли и упорядочить их. Трудно спорить с тем, что люди разные, к примеру, помимо многих прочих разделений, существует деление на бедных и богатых, и у каждого человека, конечно же, есть своё мнение по поводу этого разграничения; как правило, бедные люди не любят богатых, так как считают их высокомерными, нечестными, плохими людьми, а богатые бедных, так как считают их завистливыми, грубыми, плохими людьми, пускай и не всегда это декларируется публично, но такие настроения имеют место быть; не говоря уже про то, что и само богатство с бедностью вещи весьма относительные. Лично мне кажется, что богатство и бедность не очень-то влияют на то, плохой человек или хороший, эти вещи напрямую не взаимосвязаны. Может ли быть плохим человеком, человек богатый? Да, несомненно, что такое возможно. Может ли бедный человек быть плохим? Конечно, может запросто. Следовательно, всех, кто этого заслуживает, можно и покритиковать, коли есть на то причины. Поэтому, надеюсь, что мой лёгкий разбор почтальонши тёти Нади Орешкиной и уборщицы Наташи Королёвой (к известной певице она, вроде бы, не имеет никакого отношения) все воспримут правильно, а не превратно, ибо я их немножко покритикую, осторожно и взвешенно, но только за их конкретные дела, а не из-за того, что я задираю нос и ворчливо бурчу на "маленьких людей", почтальоншу и уборщицу, нет, так как если я и чуток побогаче их, то весьма и весьма относительно, я тоже "маленький человек", возможно, не такой "маленький", как они, но и не "большая шишка" - точно, то бишь, попрошу исключить из моих, якобы, мотивов, социальный подтекст, я не буржуа, просто я пока ещё не убираюсь в подъезде и не разношу почту по домам, но и только. Не думаю, что то, о чем я хочу сейчас рассказать, это какой-то вопиющий нонсенс, напротив, не очень-то удивлюсь, ежели и вы когда-нибудь сталкивались с чем-то подобным, когда, так называемые, "маленькие люди" шизеют прямо на ваших глазах и впав в манию величия или в какое-то иное навязчивое состояние, становятся огромными и неоправданно значимыми в своих глазах, теряя чувство реальности, и вместе с тем, человеческий облик, то есть, они начинают вести себя абсолютно неадекватно своему ситуативному статусу. Да, я полностью согласен, что все профессии нужны, все профессии важны, и надо уважать любой чужой труд, не только банкира, но и простой уборщицы, но если трудяга вдруг, ни с того, ни с сего, начинает себя неадекватно вести, то это, конечно же, возмущает, несмотря на то, что его (её) чисто по-человечески жалко, но если такой человек начинает тебе хамить и позволяет себе творить различные гадости, то терпение не безгранично и вполне можно рассердиться. Начну, пожалуй, с тёти Нади Орешкиной, почтальонши. Начну, с самого конца. Не знаю, чем она сейчас занимается, продолжает ли разносить почту до сих пор или нет, но уже несколько лет мы полностью отказались от любой подписки и предпочитаем покупать газеты в киоске, так выходит немножко подороже и не всегда получается купить нужную газету или журнал, так как другие люди могут элементарно всё раскупить первыми, но, в целом, покупать в киоске лучше, так выходит значительно быстрее и с куда меньшим количеством нервотрёпки. Наши человеческие и деловые взаимоотношения с ней, начинались с довольно-таки хороших диспозиций, если не сказать, отличных, сколько себя помню, с раннего детства, ежели я днем, где-то в районе полудня (когда все рабочие обедают и школьники возвращаются со школы), встречал почтальоншу на улице, она меня выделяла из толпы других мальчишек и лично в руки передавала свежую почту, чтобы я не ждал, пока она разнесет её по всем домам и дойдет очередь до нашего трехподъездного дома номер 12, что находится в самом центре Сосен, рядом с нашим небольшим перекрёсточком или, как мы, мальчишки, называем его на свой лад - "пятаком", на котором мы любили собираться, когда были помоложе, и стоя кружком поболтать, заплёвывая при этом асфальт, словно стадо верблюдов, и засыпая его кожурой от семечек, а позже и окурками. Впрочем, не будем отвлекаться... Возможно, то, что она всегда отдавала мне почту в руки, специально останавливая окликом, и тратила на возню со мной своё время, было с её стороны, как бы знаком особого внимания и доверия, наверное, таким образом, она оказывала мне некую "высокую честь", не знаю, правда, чем я заслужил такое вот снисхождение и благоволение, и это с её стороны было, разумеется, очень мило, но, в общем-то, положа руку на сердце, меня это неособенно волновало, дают мне почту в руки чуть пораньше или я её выгребаю из почтового ящика чуть позже - это было для меня непринципиально, к тому же, я не всегда шел прямиком домой и таскаться с почтой в руках было даже несколько неудобно, она меня обременяла, так что такие отношение оставляли двоякое ощущение и я бы всё-таки предпочел, чтобы она кидала почту в ящик, как многим другим людям и не забивала мне голову лишними проблемами, но несмотря на то, что её "знаки внимания" были не всегда кстати, я неизменно сохранял вежливость и доброжелательность, принимая из её рук газеты, я широко улыбаясь, повторял раз за разом мантру: "Спасибо", хотя, по молодости, повторюсь, эта назойливость почтальонши порой была вовсе не в радость, а тяжкой обузой. Шли годы, неторопливо сменяя друг дружку, я - потихоньку расцветал, а почтальонша, наоборот, всё больше увядала. Как и многие пожилые женщины с разбитой, перекорёженной судьбой (она жила без мужа, воспитывая двух сыновей, один из которых старше меня на год, другой младше лет на семь), в какой-то момент, она резко снизила к себе требовательность, по всей видимости, поставив на своей личной жизни окончательный крест; она всегда была далеко не красавица и походила на этакий маленький колобок с короткими, кривыми лапками, так теперь ещё, похоже, у ней и сил никаких не осталось, ни физических, ни моральных; в общем, она была одинока и никаких позитивных изменений на горизонте абсолютно не просматривалось, к тому же, второй ребёнок уже почти вырос и скоро последует за первым, прорубая свой путь сквозь джунгли жизни, и смысл существования у неё полностью исчезнет, так как пока в доме были дети, то она жила ради них, был хоть какой-то смысл в этой грёбанной жизни, но вот и они её покидают... Тогда, когда она всё это поняла, видимо, и пришло чувство отчаяния, полной безнадёги, и её прекрасно можно понять, ежели нет ни сил, ни средств, ни возможностей, ни перспектив, дабы изменить что-то к лучшему, ничего нет, хоть шаром покати, есть только одно лишь острое, больно саднящее, звенящее, словно резонирующая тугая струна, одиночество внутри, ну, как тут не завоешь? Как жить дальше? Ради чего? После этого понимания, наверное, и наступило закукливание, ограждение и отчленение себя от остального мира, противопоставление ему, зиждящееся на чувстве протеста против кажущейся несправедливости мироздания, при таком раскладе жизнь - это уже не совсем жизнь, а существование, бессмысленное и чисто рефлексивное от ситуации к ситуации. Нетрудно догадаться, что от такого сплошь безрадостного положения вещей могут опуститься руки, поэтому я и предположил, что она резко снизила требовательность к себе, впрочем, это и так стало отчетливо заметно невооруженным взглядом, чисто внешне она стала выглядеть ещё более неопрятно, но с этим, Бог с ним, быть может это просто возрастное, главное же, разительно изменилось её поведение, она стала страшно мнительной и раздражительной, причем, обижалась из-за любых самых нелепых пустяков, относясь подозрительно ко всему на свете. Озлобившись на окружающий мир, она почему-то особенно рьяно, стала гневиться на тех людей, которые к ней ранее хорошо относились, к примеру, к нашей семье. Процесс распада личности тёти Нади шел своим чередом. Сначала она перестала разносить почту вовремя и умудрялась иногда заканчивать разнос газет уже вечером, когда подкрадывались сумерки и газеты назвать свежими уже было никак нельзя. Затем и вовсе участились случаи, что она не удосуживалась разносить газеты совсем и на вполне невинный, вызванный законным недоумением, вопрос моей матери: "А почему вы нам почту вчера не принесли?", почтальонша начала страшно сердиться и позволяла себе хамство. После этого, несколько раз, она специально не клала нам почту в ящик, не забывая, аккуратненько класть её во все остальные, что были рядом, а на вопрос "почему так?", она раз за разом говорила, что, дескать, "просто забыла", в общем, явно шла на конфронтацию, как будто бы мы ей что-то плохого сделали, ничуть, несмотря, на все её выкрутасы с ней вежливо разговаривали и просили больше так не делать. Всё было тщетно, видимо, что-то в её голове перемкнуло и она выкидывала всё новые пакости, например, некоторые интересные и недешевые журналы (мы, между прочим, не миллионеры, да и не в деньгах дело, в честь чего мы должны страдать?), просто стали до нас совсем не доходить, как-то раз моя мать пошла домой к почтальонше, дабы узнать в чем, собственно говоря, дело, и случайно заметила на её столике наш журнал с цифиркой восемь, который, по словам почтальонши, она, якобы, в глаза не видела, то есть, врушка была поймана с поличным, мать сказала, чтобы та, больше так не делала, иначе мы будем вынуждены пожаловаться её начальству, чтобы прекратить все эти бесчинства. И что бы вы думали? Она сказала, что, видите ли, тогда вообще не будет нам приносить почту совсем, нет, ну каково, а? Это ж её работа, она не имеет такого права! Да и вообще это всё крайне несправедливо, из-за каких-то надуманных пустяков и высосанных из пальца причин почтальонша объявила нам "джихад". По-моему, она совсем рехнулась... Мы могли бы, конечно же, позвонить её начальству, дабы её выгнали с работы взашей, но мы её пожалели (ведь как она будет жить, если её выгонят с работы?) и просто перестали выписывать газеты. Вот поэтому-то мы теперь и покупаем газеты в киоске. А к почтальонам, несмотря ни на что, я отношусь хорошо и дело тут не столько в моём любимом писателе Чарлзе Буковски, который воспел эту профессию в своём "Почтамте", сколько в том, что всё, что ни делается, всё к лучшему. В конце концов, киоск удобнее. Нет ничего страшнее и нелепей, чем навязчивые идеи, которые овладевают некоторыми людьми, так было с почтальоншей, которая внушила себе, что мы её враги без всяких на то реальных оснований, так и с уборщицей Наташей Королёвой, история с которой ещё в развитии, но то, что у ней не всё в порядке с головой ясно уже давно. Она младше меня на год (в одной школе учились, поэтому знаю), но выглядит намного старше, этакая огромная великанша под два метра ростом, кряжистая и мускулистая, словно штангистка, и судя по помятому, безобразному лицу, сильно пьющая. Насколько я знаю, муж её несколько лет назад бросил и с такими данными, как у неё, навряд ли, кто её возьмёт вновь, то есть, несмотря на то, что ей всего 26, её песенка спета, остаётся лишь злиться на всё живое и выпивать, а учитывая её габариты, злость её действительно страшна. Не так давно, сидел, курил в коридоре, искоса наблюдая, как Наташа убирается, возясь и елозя возле шахты лифта, глядя, как перекатываются бугры мышц под её рабочим халатом, я в очередной раз отметил, что эта баба не только коня наскоку остановит, но и, пожалуй, слонёнка среднего размера. Вдруг, без всяких на то видимых поводов, она разгибается от своей уборки и как начнёт шваброй яростно колошматить по закрытой железными листами и сеткой шахте лифта, дико, во весь голос, вопя: "Суки-и-и! Ненавижу-у-у! Суки-и-и!", надо сказать, это безумное неистовство выглядело весьма устрашающе, я даже чуть сигарету не проглотил от впечатления. В последнее время, после непродолжительной ремиссии, у неё похоже новое обострение, её стали преследовать навязчивые мысли о том, что я специально ей назло стряхиваю пепел мимо банки и она устроила по этому поводу грандиозный скандал. Я думал она меня убьёт, пришпилив шваброй к стене коридора, словно бабочку, но пока обошлось. Когда она убиралась в последний раз, я благоразумно решил переждать за дверью, пока золушка более центнера весом, окончит уборку и уберется восвояси, но тут моя маленькая собачка, такса по кличке Альма пару раз робко тявкнула, заслышав неразборчивое бормотание уборщицы за дверью, и что тут началось! Наташа превратилась в Годзиллу, она чудовищным ударом расщепила швабру об стену и надсадно взревела, Альма сначало было решила посоревноваться в лае, но быстро сдалась, испугалась и спряталась под кровать. Наташа убирается у нас в подъезде по пятницам и понедельникам, где-то с девяти утра до полдесятого, дописывая эти строки, я слышу, как зловеще лязгает её железное ведро в коридоре и раздаётся злое сопение. Слегка приглушенное дверью, это сопение, напоминает мне сопение ёжиков, на которых я множество раз натыкался шныряя в близлежащем лесу, только на октаву пониже б и нонлегато сменить на стакатто, было бы в самый раз, тютелька в тютельку. [1] - Придумывая термин изменённое представление об реальной истории, я был вдохновлен "изменённым сознанием", которое проповедывал LSD-гуру Тимоти Лири, то есть, стоит пояснить, "вдохновлен" не в смысле, что сам принимал, а больно уж терминалогические аналогии напрашивались, ибо есть что-то в этом сюрреальном казусе с "альтернативными историями" глубоко психоделическое, галлюцинагенное, ЛСДешное, словом, девиантное. Хотя, наблюдая этот причудливый сюрпляс, я фраппирован, нахожусь в растерянности, ведь может вся та "история", которую лично я проходил в школе тоже "альтернативная"? Может такое быть, хотя бы частично? Думаю, вполне. Но очень бы этого не хотелось, а то бывает веришь, веришь во "что-то" чуть ли не целую жизнь, даже мыслей не возникает, дабы в этом "что-то" усомниться, так как уверен на все 100%, что так оно и есть, а потом, "в один прекрасный день", вдруг узнаешь, что в то, во что ты всю прошедшую доселе жизнь так безоглядно верил - это абсолютная ложь и на самом деле всё вовсе не так. Понятное дело, что такое неожиданное открытие ошарашивает, словно обухом со всей дури по голове наворачивает. Бубух! И звёзды в глазах. [2] - Внешнее информационное поле - это информация приходящая к нам откуда-либо извне нас, путем проникновения в нас через наши информационно-приёмные органы. Всё вокруг нас и не являющееся нами - это и есть внешнее информационное поле с которым мы можем как-либо взаимодействовать, осуществляя информационный обмен или одностороннее поглощение информации. [3] - Внутреннее информационное поле - это информация созревающая внутри нашего анализирующего нечто сознания. То есть, нередко внешнее информационное поле превращается во внутреннее, но не всегда, так как внутреннее информационное поле работает вне зависимости от внешнего, причем, работает всегда, пока человек остаётся в сознании и способен к анализу уже имеющейся внутри него информации. [4] - А, кстати, очень интересно, появится ли когда-нибудь такая возможность "нарастить" количество клеток в мозге и что из этого получится? Станет ли от этой модификации человек умнее? Или, быть может, откроются какие-то новые возможности, сверх-способности, дотоли нам недоступные, словно у супер-героев из комиксов? Ну, наподобие возможности подвергать левитации предметы одним лишь своим взглядом или подвергать себя регенерации. Хотя нет, регенерации, наверное, можно будет достигнуть не путем апгрейда мозга, а путем генной модификации, благо, ген регенерации у червей уже обнаружен и значит, в будущем, такую возможность нельзя исключать полностью. Так или иначе, думаю, со временем, люди хорошенько себя модифицируют при помощи имплантантов, генной инженерии и прочих продвинутых био-технологий, и тогда человек эволюционирует в сверхчеловека, а там уже можно будет замахнуться и на следующую ступень эволюции, переходу от сверхчеловека к человекобогу... Эпитафия по уходящему году. философические итоги, смелые обобщения, смешинки, домыслы, пуд соли, флэшбэки и другие загогулины Коль зима в России, Так зима со стужей. Снежные сугробы Всюду, а не лужи. Погляди-ка, в книжке Мальчик нарисован. Я и сам не знаю, Право, кто таков он. Здравствуйте. Ну-у-у, по идее, надобь что-нибудь этакое новогоднее из себя выдавить на манер помпезной, традиционной президентской речи перед боем курантов, только хорошенько сдобренное скабрезными шутками да прибаутками (ну там, надобно, наверное, брутально пошутить что-нибудь про "жопу" и "яйца"[1]), но что-то вот напала какая-то тупость необыкновенная, да и апатия страшная подкралась на цыпочках, исподволь, положив свою костлявую руку мне на плечо, придется теперича себя зверски насильничать и извращенно мучать, ведь шутка ли, надо, кровь из носу, выдавить из себя много-много кровушки, Дракула меня раздери, не абы сколько, а минимум на 30.000 символов (!!!), ибо такую "нижнюю планку", кхм, я самоуверенно установил на текущий момент для своих дурацких, никчемных, никому не нужных эссе (уже второй год, как увлекшись писательством, я всё повышаю и повышаю эту "нижнюю планку", как говорится, не надорваться бы, ведь какой бы ты здоровый бычара ни был б, но повышать до бесконечности толкаемый вес нельзя, а то, в один "прекрасный момент", может оказаться так, что вес увесистой текстуальной штанги неподъёмный и его, сколько не пыжься и не пучь жилки, оттолкнуть от груди абсолютно нереально, а ведь вокруг нет никого, кто мог бы меня в случае чего подстраховать и помочь убрать с груди эту тяжесть, не загнуться б ненароком). Право слово, чего-чего, а вот разных идей у меня всегда с избытком в голове роится, но именно сегодня, как ни странно, в голове совершенно пусто, хоть шаром покати, и сквозняки гуляют, завывая в ушных раковинах. Но это, в общем-то, меня не очень удивляет, ведь такое душевное опустошение со мной всегда бывает под самый Новый Год, по всей видимости, это оттого, что все кругом, как один, такие развесёлые, все заливисто смеются, взрывают эти глупые петарды и жгут искрящиеся бенгальские огни, а я, как и положено любому мало-мальски честному творцу, возвышенно-трагической личности, такой весь из себя жутко грустный и несчастный, сильно страдающий от душевных терзаний и заниженной самооценки, то есть, я почти всегда пребываю в печали, а когда все люди, словно сепаратно сговорившись, дружно веселятся, мне становится хуже, чем обычно, ибо, создается такое ощущение, что только мне одному чертовски плохо и я самый главный неудачник на всей планете. Короче, сами понимаете, мне сейчас не до разных ажурных шалостей, ниже по тексту, в основном, будет кондовое нытьё и жалобное мычание, поэтому рекомендую читать далее только любителям эпитафий и тем, кому нечем заняться. В общем, начало вышло скомканным, сумбурным и вялым, в связи с этим, взмахнув крылом и заложив вираж, попробую зайти на тему заново, только уже пободрее, то бишь, давайте, господа-товарищи, будем считать этот абзац существующим исключительно понарошку, настоящий же первый абзац находится прямо под этим понарошечным. Хей-хо, возрадуемся и возвеселимся, достопочтенные земляне! Вот и подходит к концу этот, мягко говоря, неоднозначный год. Признаться начистоту, это меня несказанно радует и вселяет кое-какой оптимизм, ибо не знаю, как там у вас, дорогие текстасозерцатели, но лично для меня уходящий (вперед ногами) год сложился крайне неудачно, ежели кратенько охарактеризовать его, то подойдет такая незамысловатая, но ёмкая конструкция: "всё не так и всё не то", то бишь, моё общее мироощущение сводилось к простому, страшному в своей простоте, знаменателю, к тому, что окрест мя юлило одно сплошное вялотекущее, перманентное, тягучее безумие без каких-либо периодов ремиссии, просветов и зазорчиков. Все вокруг, единовременно, как будто с ума посходили, словно разом с цепи сорвались и этот необузданный логикой бурлящий хаос слетевшего с катушек Мира порядочно выводил из равновесия, дестабилизируя моё пространственно-временное самоощущение и приводя в жуткое уныние мой тонко-чувственный вестибулярный аппарат. Помимо сего, недаром же у нас в народе говорят, как встретишь Новый Год, так его и проведешь, а я встретил эту лихую годину, пребывая в тяжелейшем, вязком сплине, ибо в силу ряда привходящих, не шибко зависящих от меня причин, последнее новогоднее празднование получилось донельзя грустненьким и душа, чертовка, посмурев, не звенела от радости, как это обычно бывает в сей замечательный, безмерно добрый и безмерно весёлый праздник, поэтому вполне закономерно и логично, что год прошел ни шатко ни валко и несмотря на то, что формально, да и буквально, он ещё не окончился, самоисчерпавшись и рассосавшись в туне, думаю, что он так и останется навсегда в моей памяти, как одна сплошная жирная и чёрная, как шкурка Нельсона Манделы[2] или, если угодно, гуталин для чистки чёрных ботинок, полоса жизни. Трудно утверждать наверняка, что же послужило доминантной причиной столь щипательного, девиантного душевного кризиса, возможно, просто-напросто происходит некая переоценка ценностей, так называемый, "кризис среднего возраста", ибо давным-давно уже подмечено, что 27 лет - это некий роковой рубеж, точка отсчета, отталкиваясь от которой человек трансформируется, меняется его представление об окружающем мире и своём реальном месте в нём. Вполне допускаю, что у некоторых человеческих особей этот своеобразный переходный период проходит легко и незаметно, можно сказать, "играючи", но, точно, далеко не у всех, многие не выдерживают этой мировоззренческой ломки, чудовищного перекорёживания нутряной эгоцентрики и перекручивания мозговых волокон, яркие примеры сему, любимые мной титаны - Джим, наш, Моррисон и Курт Кобейн, которых коварная, аки голодный койот, двадцать седьмая веха жизни, срубила под самый корешок и они, радикально запыхавшись, сошли с марафонской дистанции житья-бытья, а скромный я, совершенно определенно, ничуть не лучше их и мне приходится, ой, как не сладко, сложно и горько. К тому же, стоит также учитывать специфику изменений, которые происходят в самосознании. Ежели в самые-самые ранние годы жизни мы можем похвастаться "непосредственностью" с высоким градусом бесшабашности, которая, по мере взросления, перетекает в подростковую "самоуверенность", когда нам легкомысленно мнится, что ещё вся жизнь впереди и мы смотрим в мутноватое, неопределенное будущее через "розовые очки", с избыточным и ни на чем не основанным оптимизмом, ощущая себя этакими вочеловеченными божками, к примеру, не до конца понимая той элементарной вещи, что все люди одинаково устроены анатомически, у всех две ножки, две ручки, дыхальце, сердечко, мозг и если, например, много курить сигарет, то, всенепременно, это будет также дурно влиять на наш организм, как и на организмы всех остальных людей, но, нет, мы почему-то думаем, что мы какие-то до фига особенные и нас это нисколечки не касается, дескать, раком может заболеть, кто угодно другой, но только не мы, "мы же особенные", но это, безусловно, не так, если выстрелить себе в голову из помпового ружья, наивно предполагать, что голову может снести у кого угодно, но только не у нас, отнюдь, на всех этот жест убийственно одинаково действует. Лучше не проверяйте. Ну и вот, "лесом да овражками", обильно подпитываемая клокочущими подростковыми гормонами, наша гипертрофированная, с позволения сказать, "самостийность" (попрошу не путать с украинской "незалежностью") и прочие дутые сверхчеловеческие заморочки, раздувают нас порой до воистину гигантских размеров, но этот мыльный пузырь - это фикция, время потихоньку проходит, бежит, бежит вперед, неумолимо перебирает крошечными лапками вечная секундная стрелка, 27 годков уже стукнуло, и вот "бог", начинает задумываться, шевелить мозгами и прозревать, понимать то, что никакой он, конечно же, не "бог", то бишь: "Если я такой умный и ладный, то почему же я в такой глубокой попе?", - приходят в голову тревожные мыслишки. Увы, жизнь так устроена, что на вершине мира умещается ничтожно мало небожителей, в основном же, большинство людей, денно и нощно, бултыхается в грязи у подножия Олимпа; к глубокому прискорбию, у многих головушка из попы так и не вылезает на свет божий никогда, от понимания этого своего попаположения и происходит переоценка ценностей. Людям, опущенным с эфемерных небес на бренную землюшку, приходится срочно реорганизовываться, становиться более приземленными, реально смотрящими на вещи людьми, уже без одуряющей юношеской гормональной пелены в глазах, а вот тот, кто не может себя изменить, эволюционировать, выбравшись из кокона и превратившись, наконец, в бабочку строгой расцветки, как правило, уходит в небытие, что с точки зрения догматики "естественного отбора" - справедливо, но очень трудно с этим смириться, если этим неудачником оказываешься ты сам, когда именно ты прозябаешь в глухой, тесной и тёмной жопульке, ай-яй-яй, куда я попал! Пустите к свету, не хочу, не хочу, не хочу... Фух. Вот, как вы наверняка прозорливо подметили, я рассуждаю в размазанных, обезличенных категориях "мы", "ты" и "нас", как бы о людях, как таковых, в целом, но, разумеется, по большему счету, я, подспудно, между строк, имею в виду прежде всего себя любимого; я, с преизрядной толикой иносказательности, обращаюсь к самому себе, выстраивая "внутренний диалог". Да, я думаю прежде всего о себе и, вполне возможно, я трансполирую эти собственные размышления на объективную общую для всех реальность неправильно, быть может, всё обстоит несколько иначе, я вполне допускаю такой расклад, но то, что я считаю правильным, лично для меня, является правильным, только и всего. Это я всё разъясняю, дабы не было никакого недопонимания, дескать, "что ещё за "мы", нет, мы вовсе не такие, что ещё за глупости, черт подери", а всё просто, если вы несогласны со мной, то это не про вас, размышления о неких абстрактных "нас", это мои частные размышления о себе самом и о том, как лично мне видится мир вокруг, попрошу учитывать этот нюанс на будущее... Теперича, вернемся к эпитафии и, с вашего позволения, продолжу плачь. Так вот, весь год я бегал от самого себя, тщетно пытаясь уйти в отрыв от собственной тени, старался убежать и спрятаться от сонмища проблем, которые вдруг как-то разом навалились и поприжали меня к земле-матушке, обтрепав мои крылья и заставив задуматься о том, о чем думать никак не хотелось, ведь это вполне нормально, когда хочется думать исключительно о чем-то приятном, а вот проблемы - это вовсе не то, что хотелось бы смаковать, перекатывая эти тяжелые камни в своей голове. Посему о "проблемах" больше ни "гу-гу", не хочу никого грузить, буду и дальше усердно делать вид, что всё нормально, всё под контролем и быть может даже сам поверю в это, ибо кукситься нет ни малейшего желания. Впрочем, не всё так однозначно безотрадно и сумрачно, если быть настроенным позитивно (а я настроен именно так), то всегда можно найти и положительные моменты, например, я надеюсь, что хуже быть уже не может и, следовательно, дальше будет только лучше - это, конечно, страшная банальность, но если думать логически, рациональное зерно в этом заклинании есть. Помимо того, всё-таки трудно не заметить за всевозможными житейскими несуразицами и прочей накипью, мой, радующий и греющий душу, творческий рост, в смысле, в противовес суровым жизненным пертурбациям на творческом фронте наоборот всё складывается довольно-таки безмятежно и хорошо, как писатель, я, несомненно, расту ввысь и вширь, причем, что самое радующее, чувствуется, что своего потолка я ещё явно не достиг, моя головушка ещё не уперлась в твердь маковкой, значит, есть куда расти, а это пускай и пустячок, конечно, но кое-что да значит для меня. За эти пару лет, как я основательно встал на писательский путь, прогресс налицо. Чтобы не быть голословным, постараюсь коротко и убедительно объяснить, почему я считаю, что, однозначно, расту и это не пустое самомнение, а объективная данность. То, что я перешел на некий уровень выше того, на котором колобродил ранее, хорошо мне заметно, когда я скептически и с изрядной долей самоиронии рассматриваю какой-либо свой старый текст. К сожалению, даже самые лучшие мои старые работы, после написания которых, как помнится, я чувствовал небывалый душевный подъем, так как мне совершенно искренне мнилось, что я написал что-то действительно стоящее, а то и вовсе безупречное, сейчас вызывают у меня лишь снисходительную, саркастическую улыбку, ибо при чтении "старья" сразу же бросаются в глаза множество всяко-разных недочетов и шероховатостей, которых сегодняшний, взошедший на новую ступень мастерства, я, разумеется, ни за что не допустил бы. Так и подмывает, сесть за рабочий стол и радикально переписать большинство своих старых текстов заново, значительно переделав их и, тем самым, улучшив, но, славу Богу, я вовремя себя отдергиваю, так как, мне кажется, что нет смысла долго топтаться на одном месте, надо всё время поступательно идти вперед и только вперед, нужно работать над новыми опусами, ведь нетути никакой уверенности в том, что даже исправь я сейчас свои старые опусы, за которые мне теперича стыдно, мне не придется делать, через какое-то время, это же самое, когда я достигну следующего уровня писательского мастерства, а ежели учитывать ещё и тот факт, что самосовершенством можно заниматься до бесконечности, то и переписывать свои работы можно тоже бесконечно, а я вовсе не уверен зачем мне это нужно. Да, возможно, надобно бы провести хотя бы лёгкую, косметическую правку текстов, навести глянец и подправить кое-где покосившийся стилистический забор, но катастрофически не хватает на это времени, я даже далеко не все свежие идеи успеваю воплотить в жизнь, чего уж говорить об редактировании, к тому же, работать со старым материалом, после того, как уже, вроде бы, полностью "выговорился" по теме, само собой, не так интересно, как с азартом выдумывать что-то новое, фантазируя и преодолевая себя, подпрыгивая выше головы и стуча в воздухе пятками. Между тем, новых идей-то у меня целый вагон и маленькая тележка! Один известный сноб и брюзга (обойдусь, на всякий случай, без фамилий), пренебрежительно назвал меня как-то "генератором пошлости" и я на него ничуть не в обиде, так как его слова, быть может, справедливы, не мне о себе в этом отношении судить, а то, что "генератор", так это точно правда, ибо творческих планов у меня громадье, к примеру, не так давно дискутируя "в забавном журнале Друга Утят", у меня в голове, наконец-то, оформилась и приобрела четкие, вполне явственные очертания одна интереснейшая идейка, которая давным-давно витала где-то совсем рядом и я уже множество раз задумывался над столь любопытным, противоречивым вопросом "морально-этической чистоплотности" и вот теперь, пазл собрался, всё встало на свои места, я твердо решил, что буду неспешно, но методично собирать реальные, исторически достоверные материалы для большого историко-философского (не художественного!) труда "Введение в метафизику этики и морали". То есть, эта книга ныне мне задумывается, как нечто похожее по своему запутанному, многослойному строению на "Бесконечный тупик", но только лишь по каркасу, по смыслу же, естественно, это будут совершенно не пересекающиеся книжки, абсолютно на разные темы. Говоря конкретнее, мне хочется, на примере разных знаменитостей, известных в миру, или своей добродетелью, или наоборот своим беспутством, философски порассуждать о таких зыбких, ускользающих от обхвата ладонью, метафизических вещах, как этика и мораль; приводя интересные (и лучше всего малоизвестные) примеры из биографий праведников (праведниц), наподобие Агнес Гонджа Бояджиу, и грешников (грешниц), наподобие Иосифа (Джузеппе) Бальзамо, я постараюсь показать, что не всё с этими героями, так однозначно в морально-этическом плане, как толкует об этом людская молва, при этом, всё эти истории надо будет замешать в забористый коктейль как-нибудь похитрее, как-то связать почуднее вместе, возможно за счет вымышленного героя, четырехрукого крошки-инопланетянина Ёкселя, который, якобы, подсматривает за историческими личностями, путешествуя туда-сюда-обратно на "машине времени" (он ни во что не вмешивается, а всего лишь скурпулезно подмечает реальные исторические фрагменты, рассуждая об этике и морали, то есть, на самом деле, это я буду рассуждать, просто я, посредством литературной игры, перенесу свои мысли в его голову). А для того, чтобы добавить "огоньку", можно будет прибегнуть к дешевой, проверенной временем, спекуляции, щедро сдобрить сей текст перцом "еврейской темы", то бишь, неплохо было бы написать что-нибудь крайне спорное и провокаторское про евреев, но в то же время, чтобы это "что-то" имело место быть в реальности и являлось чистейшей правдой, например, можно написать весьма обширную главу под говорящим названием - "Евреи и порнография в США". Думаю, что ни для кого не секрет, что в воистину гигантской порноиндустрии Америки, к слову, производящей еженедельно, аж 150 порнофильмов (sic!), евреев почему-то (наверное, конечно же, случайно) приблизительно столько же "мало", как и в голливудской "фабрике грёз", в общем, тема довольно-таки сытная намечается с морально-этической стороны, есть куда раскинуться мыслями, с 1985 по 2001 год в США видеопрокат фильмов с жёсткой порнографии вырос с 79 до 759 миллионов кассет в год, причем, в этой статистике учтён только легальный прокат. Дабы был понятен масштаб, это составляет около трёх кассет в год на каждого жителя, включая стариков, младенцев и священников, не включая Интернет, кино, спутниковое и кабельное телевидение. Понятное дело, чтобы не быть заподозренным в ангажированности, придется давать ссылки на сколь-нибудь авторитетные источники в доказательство своих слов, поэтому только лишь сбор информации для этой не художественной, историко-философской книжки, скорее всего, займет долгие года. То есть, это дело ещё весьма нескоро грядущих дней. В ближайшей же перспективе, сразу опосля Нового Года, я обязательно всё-таки начну "закрывать накопившиеся должки", а то у сторонних зрителей, глядя на мою суету, может сложиться обманчивое впечатление, что я, дескать, попусту болтаю языком и не воплощаю в жизнь даже половины всех своих идей, которые обнародую, другими словами, получается, что я не держу своё слово. Смею заверить таких вот скептиков, что это вовсе не так, я обо всем прекрасно помню и в меру своих скромных сил (не стоит забывать о том, что я лишь никудышный, бесталанный трэш-писатель), буду исполнять то, что задумал ранее. Прежде всего, пока есть настроение, я, пожалуй, напишу, наконец-то, рассказы "Дровосеки" и "Боксёр и кошка", замечательные идеи которых я придумал, чуть ли не года два тому назад. Да и вообще, хватит мне уже размениваться по мелочам, занимаясь каждый день "всякой бессмысленной ерундой" (ну, думаю понятно, что "Эдуард Моисеевич Надточий" - это мой псевдоним в этой ветке), нужно, спокойно и ни на что не отвлекаясь, сконцентрироваться на работе над своими чудесными постмодернистскими произведениями, а не бегать по всему Интернету, как умопомраченный, распыляясь на всякие досужие глупости. Ведь судя по объёмам текста, я вполне в состоянии, легко писать где-то по три книги в год (ну, это я сознательно преуменьшаю, с поправкой на то, что художественный текст писать для меня сложнее, чем эссеистику, но всё равно, к примеру, в этом новом моём журнале, особо не напрягаясь, я уже понаписал чуть больше 10 авторских листов...), то есть, потенциально я являюсь не просто писателем, а очень плодовитым писателем, что же касается качества, то с этим у меня, как я сам понимаю, пока что "беда" - это с моей точки зрения, но вселяет оптимизм то, что за этот месяц, как меня только не называли, как только не славили и "молодым писателем с большим будущим" и просто "весьма талантливым", в общем, "авансов" мне понараздавали в этом месяце изрядно, но я всё-таки не теряю чувство реальности и знаю, что мне ещё надо много работать над собой. Хотя, очень приятно, разумеется, когда незнакомые люди хвалят мой текст, мой юмор, мои мысли... Для меня очень важен контакт с читателем, соприкосновение наших мозгов, посредством текста, но и тут есть небольшие проблемки, ко мне повадились приставать какие-то донельзя странные личности[3], не знаю, что их ко мне притягивает, как пчёлок к мёду, наверное, они думают, что я такой же псих ненормальный, как и они, не видя существенной разницы между реальностью эмпирической и художественным текстом, это, похоже, извечная моя, проклятущая проблема, приходится доказывать и убеждать каждую курносую недотыкомку в том, что я не сумасшедший и текст от жизни надо всё же четко отделять, казалось бы, это же очевидная вещь, но, увы, почему-то многие люди, страшно возбуждаясь, этого не понимают и весьма утомительно постоянно этот нюанс разъяснять, бывает даже срываешься и говоришь жарким шепотом: "да-да, я псих ненормальный, успокойтесь, гражданин", но и этому они тогда не верят, они ничему не верят, есть такие люди - "профессиональные скептики", чтобы ты им не говорил, они никогда с тобой не согласны, доказать что-нибудь таким неверующим, сродни потугам укусить себя за тестикулы, то бишь, пустое это занятие, матушка Природа хитро всё предусмотрела, когда нас лепила, что это сделать невозможно[4], если вы вот такой вот, скептик, можете сами попробовать. Дерзайте. Я как-то слышал, что на Новый Год случаются чудеса и попричудливее. Как говорится, Бог в помощь! [1] - Кстати говоря, обязательно коснусь в данном тексте таких животрепещущих тем, как "жопа" и "яйца", впрочем, ежели вы читаете сноски уже опосля того, как прочитали корневой текст целокупно, то вы, наверное, и так заметили, что я, вскользь, прошелся по этим интересным темам. Возможно, у вас, дорогие друзья, вызрел вопрос, почему именно "жопа" и "яйца", что в них такого сакрального, ёлки-палки? Ну, на мой частный взгляд, под Новый Год такого рода пошлые шутки наиболее актуальны и востребованы. Не знаю, заметили ли вы этот момент или нет, но: чем тоньше шутка, тем меньше её понимают (надеюсь, что этот мой блестящий и остроумный афоризм, войдет во все антологии философической мысли, встав в один ряд с мудрыми изречениями Сюнь-цзы и Эмпедокла), бывают настолько тонкие шутки, что они непонятны никому (тоже, кстати, чем не афоризм?), а вот брутальные, смачные шуточки, как правило, понятны всем и всегда, что в контексте одурманивающих, отупляющих народные массы праздников важно вдвойне, если не втройне, ибо даже самые что ни на есть "интеллектуалы", увы, запросто заражаются гривуазной атмосферой этого самого пошлого и приторно-мещанского праздника, порой, даже вполне интеллектуально подкованные люди смотрят на Новый Год "голубые огоньки", хотя в остальное время года, шхерятся от подобных передач, аки черт от ладана, поэтому я и считаю, что шутки про "жопу" и "яйца" на Новый Год актуальны, как никогда. Да и вообще такие остро сатирические слова, как "жопа" и "яйца", сами по себе смешны. Почти также, как веселое слово "лопата"... Другое дело, как к таким шуткам относиться. Лично я считаю, что к ним надо относиться спокойно и ровно, то бишь, не в том смысле, что не смеяться, а в том, что не надо строить из себя желчного ханжу, брюзжащего аляповатое заклинание: "есть смех, а есть гогот" и осуждающего шутки, ежели они недостаточно, на его пристрастный взгляд, морально-этически выдержаны; пуритане вообще, частенько, на поверку оказываются ещё более аморальными, чем те, кого они осуждают. Да и ещё, меня просто-таки убивает категоричная сентенция: "над этим нельзя смеяться", по-моему, есть темы которые совсем несмешные, но коли они несмешные над ними никто и не смеётся, ибо смеются только тогда, когда смешно, следовательно, изречение "над этим нельзя смеяться" лишено смысла. То есть, что значит "нельзя"? Если смеются, значит, де-факто, уже "можно". Только осторожно. [2] - Хотя, по правде говоря, именно Нельсон Мандела не такой уж и чёрный, он скорее всего всё-таки этакий "шоколадный", до цветовой насыщенности иссиня-чёрных эдаких с матовым отливом негров ему далеко, но в том контексте, в котором используется данная метафора, выражение: "шкурка Нельсона Манделы" - звучит вполне уместно, все сразу понимают о чем речь, ведь все те, кто знает, кто такой Нельсон Мандела (а он, отдадим ему должное, довольно-таки известный негр), сразу понимают какая именно у него "шкурка". Да, она чёрная. Кстати, благодаря этой нельсономанделиаде, совершенно спонтанно, зародилась идея чудесного комикса под тривиальным названием "Нельсон Мандела против Майкла Джексона" ("Nelson Mandela versus Michael Jackson"). Сюжетный расклад простой, как пареная репка или ломтик ржаного хлебца. Два чудо-негра. Один - белокожий, другой - чёрнокожий. Занимаются обычным для комиксов делом, то есть, ведут лютую схватку, не на жизнь, а насмерть, ясное дело, "за Мировое Господство". Причем, дабы разрушить глупый стереотип о том, что "белое" всегда сугубо хорошее, а "чёрное", видите ли, всегда только плохое (например, если абстрагироваться от вне контекстной конкретики и провести опрос среди людей, как в их разуме ассоциируются словосочетания "белый маг" и "чёрный монах", то, в силу глубоко укоренившегося цветопсихологического стереотипа, большинство людей наверняка ответят, что, наверное, "белый маг" - это хороший, "чёрный монах" - плохой бука), то бишь, я вывел бы чёрного, как уголёк, Нельсона Манделу - хорошим и добрым, а белого, как холодная, заснеженная вершина Эльбруса, Майкла Джексона, сделал бы средоточием всяческих мерзких пороков, плохим и злым дядькой. Понятное дело, как и у любых добропорядочных супер-героев, у чудо-негров, конечно же, были бы уникальные супер-возможности. Нельсон Мандела владел бы, так называемым, "супер-фофаном", невероятно устрашающей убойной силы - одним лёгким фофаном он мог запросто завалить с копыт слона находящегося в полном расцвете сил! А вот Майклу Джексону, был бы доступен "супер-щелбан", просто-таки неимоверной разрушающей силы, а именно, если поставить строем, одного за другим, дюжину огромных медведей-гризли, то ударь Майкл переднего медведя своим могучим щелбаном, тотчас вся дюжина медведей-гризли разлетелась бы в стороны, будто кегли от удара шаром для боулинга! В общем, соперники были бы друг друга стоящие, как Годзилла с Кинг-Конгом. Долго ли, коротко, но чуть-чуть покуролесив, по долинам и по взморьям, сюжетная линия достигла бы своего эндшпиля, так называемой, "финальной схватки", где Добро и Зло сошлись в последнем и решительном бое. Нельсон Мандела против Майкла Джексона. Чёрное и Белое. Очень велик соблазн, согласно мэйнстримным веяниям, закончить сюжет "грустным концом" без надоевшего, хуже горькой редьки, "хэппи-энда", но, как мне кажется, "грустная концовка" тоже уже порядочно затёрлась, поистаскалась, по-моему, весьма свежо закончить комикс "ничем". Ну да, что-то навроде того, что "не победил никто, условное Добро и условное Зло взаимно аннигилировали друг друга". Ну как вам сюжет? [3] - Вот, к примеру, самый свежий случай переписки с каким-то, судя по всему, маньяком. В смысле, какой-то донельзя мутный мужичонка, с абсолютно непонятными мне намерениями, вынырнул из темноты Интернета и нахраписто взял быка за рога: "Oleg, predlaga'u drujesku'u perepisku, jivu v SHA. A gde Sosny? vladimir" Но, как мне кажется, бодрый мистер немножечко промахнулся, его длань дрогнула от переизбытка энергии и сделав вычурный, зигзагообразный финт, он взял быка не за рога, а за яйца (ну уж извините, дорогие друзья, сегодня я буду злоупотреблять этим несколько обсценным термином, так как концепт обязывает), что быку, конечно же, не очень понравилось, точнее, совсем не понравилось, ибо кому ж приятно, когда некто в плотно закрывающей лицо маске, выпрыгнув с молодецким гиканьем из-за угла, ни с того, ни с сего, норовит ухватить его за тестикулы? Впрочем, я человечище очень хладнокровный, всякое на своём веку повидавший, тёртый калач, поэтому я, в предельно вежливой форме, красноречиво объяснил на пальцах, при помощи выразительных знаков и жестов, где находятся Сосны, а также присовокупил к сему, ссылки по теме из независимых источников. После чего, в свою очередь, я решил ненавязчиво поинтересоваться, откуда человек узнал обо мне, то есть, я, тщательно завуалировав, сформулировал свой вопрос, тактично спросив, чего батюшке, собственно говоря, от меня надо, чем я его так заинтересовал, то есть, ладно бы, если бы письмо пришло мне на тот же почтовый ящик, что указан и в моём журнале, тогда бы, наверное, у меня и никаких вопросов не возникло б, так как я подумал бы, что человек ознакомившись с моим замечательным журналом или какими-то особенно уж искрометными комментариями, которые я из себя, бывает, подчас извергаю, решил поближе познакомиться со "скромным гением современности", но всё дело в том, что письмо пришло ко мне на мало засвеченный почтовый ящик (на сей момент у меня 9 активно используемых почтовых ящиков), это-то у меня и вызвало недоумение, дескать, "откуда он обо мне узнал-то?" и в честь чего захотел со мной общаться было абсолютно неясно. В общем, согласитесь, что мой интерес вполне логически оправдан, ибо коли уж человек решил со мной переписываться, то мне бы хотелось знать, хотя бы в весьма общих чертах, чем именно вызвано внимание к моей скромной персоне, дабы приблизительно понимать о чем хочет данный человек поговорить. Получается, что он что-то обо мне знает, ибо что-то, неизвестно что, подтолкнуло его написать мне письмо с предложением "дружеской переписки", но я-то абсолютно не знаю, что за человек этот "vladimir" и что он хочет от меня услышать такого, на что он расчитывает. На своё подробное письмо, которое слишком крупное, чтобы его полностью цитировать, я получил лаконичный, странноватый ответ: "Kak daleko ot Moskvy? Kako'i transport? Mog by kupitq domik ili mesto dlw stroitelqstva? Tolqko podehevle. S vami xocu poznakomitqsw, t'k scita'u vas russkim, znakomye u menw tolqko v Pitere. vladimir" Заметьте, дорогие друзья, сколько сразу много вопросов предо мной было поставлено и какая высокая вопросительная концентрация, содержащаяся в таком, казалось бы, небольшом текстике, одни сплошные вопросы, а также обратите внимание с какой настойчивостью человек хочет узнать, где я реально живу. Не знаю, как вы, но я чувствую себя неуютно, как на допросе в милиции, когда незнакомец, с которым я толком не познакомился, начинает сразу же нахраписто и нагло выпытывать у меня приватную информацию, обрушивая град "личных" вопросов. Так и подмывало ответить классическим: "а ключ от квартиры, где деньги лежат, вам не дать?". Прошу понять меня правильно, ничего секретного в моём местонахождении нетути, я без опаски подобной информацией "свечу направо и налево" (и ему, к слову, подробнейшим образом всё объяснил), просто-напросто я считаю эту информацию немножечко "личной" и меня несколько коробит от бесцеремонности с которой этот незнакомый человек на меня наседает. Помимо этого, меня насторожило то, что в теле письма стоит несуществующий IP-адрес с которого, якобы, было отослано письмо, посему мне не совсем понятно, зачем человеку с честными, "дружескими" намерениями специально скрывать эту информацию? Короче, я, разумеется, не хочу знакомиться неизвестно с кем и неизвестно зачем, еле-еле от него отвязался... [4] - Впрочем, ежели вы йог, то, быть может, и получится. Видел их несколько раз по тиви, похоже, они очень ловкие, гибкие ребята, эдакие гуттаперчевые, гнутся, знай себе гнутся, но не ломаются. Но всё равно, однако, как-то не очень-то верится в то, что они способны на такой поступок. Да уж, вопрос вопросов, могут ли йоги укусить себя за яйца? Интересно, а отгадали бы эту загадку тысячелетия, так называемые, "знатоки" из смешной телепередачи "Что? Где? Когда?", ведь наверняка же они тоже ни шиша не знают точного ответа, но, скорее всего, они ловко извернулись бы ужом, уклончиво ответив что-нибудь наподобие: "Кхм, смотря какой йог...", на что ведущий за кадром пошутил бы в своём деревянном, брутальном стиле: "... и смотря какие у него яйца", после чего все присутствующие дико заржали бы, как это они всегда делают, слаженно гогоча над любой, даже самой плоской остротой, невидимого ведущего, который уподобившись Богу, вещает откуда-то, как будто бы сверху, хорошо поставленным голосом или просто многозначительно покашливает, чтобы о нем не забывали и слыша его старательное покашливание, помнили о том, что он где-то совсем рядом, совсем близко, тяжело дышит в микрофон, поглаживая его гладкую, прохладную ручку эротичными движениями взад-вперед, взад-вперед... © Олег Владимирович Синюков, 13.10.2005 - 30.12.2005, санаторий Сосны |
